Тень евнуха

Восторг интеллектуального характера более сдержан и выражается не столь явно, как влюблённость, но и не улетучивается с той же быстротой.

У меня хорошо получается чувствовать себя виноватым.

Мы не несём ответственности за гены, они нам неподконтрольны. Нельзя винить человека за грехи всех его предков и потомков. Тогда ни один человек не смог бы жить в мире с самим собой. Я бы оказался виноватым в появлении Гитлера.

Он был на двадцать лет старше ее. На двадцать лет. То есть мой отец попросил руки и сердце у светлых семнадцати весен моей матери, имея тридцать семь тёмных зим за плечами.

Кто бы стал критиком, если бы мог быть писателем?

И тогда я понял, что дядя Маурисий не сумасшедший: у него просто-напросто слишком хорошая память.

Но в жизни рабочего времени на психбольницы не было. Когда каждый день начинаешь работу в семь утра, это предотвращает целую серию припадков. Правда, когда целый месяц делаешь одну и ту же катушку, начинаются нервные приступы другого типа.

Поужинал я в том же баре «Арибау», словно торопясь нажить себе язву желудка, и стал нервно прогуливаться по проспекту Грасия.

Всю жизнь я начинал и заканчивал один этап за другим, всегда с отрицательным сальдо для своей души.