— Холодова, значит, сплетники не врут, все-таки увольняешься? — коллега с кафедры общей химии, ухватив меня за рукав блузки, пытливо всматривалась в лицо, боясь упустить хоть слово из моих уст. По правде говоря, она и есть первый разносчик правдивых и вымышленных слухов нашего института, но не признаваться же сейчас ей в лицо о моей осведомленности на ее счет.
Оптимистично улыбнувшись, я нацепила маску вселенского счастья и закивала головой так усердно, что пара прядок выбилась из строгой прически и опустилась на глаза.
— Да, я собственно уже и все подписи собрала, вот сейчас УМК из кабинета заберу и все.
— Конечно, обязательно возьми себе копии всех лекций, практик, тестов. На новом месте они очень пригодятся. Чего заново создавать то, что есть.
— Я тоже так подумала, Антонина Федосеевна, поэтому, прежде чем сдать все методисту, с каждой бумаги копию сняла. У меня же тесты на каждую тему, вопросы для устных опросов, контрольные разработаны. Лекции расписаны для каждой специальности. Оставлять жалко. Я, даже признаться, рефераты студентов забрала.
Да-да. Я все сгребла, что только можно было. И не потому что у меня не было электронного варианта всего этого учебно-методического добра.
Нет! Причина была мелка и цинична. Я банально мстила.
Алексей никогда себя не утруждал написанием лекций, он даже не ведал, как поурочный план составляется. Все за него делала влюбленная глупышка в моем лице. А вот теперь увольняясь, я сгребла и свои и его бумаги. Все, что сдастся методисту, у него же и останется навечно. Эта бюрократическая скряга ни бумажки ему не выдаст. И останется он ни с чем. Придется ему садиться за компьютер, брать в руки методички по педагогике и учиться тому, что должен был еще со студенческой скамьи знать.
Вот и отольются ему хоть немножко мои бессонные ночи, когда я не только весь комплект УМК по «Анатомии человека» для себя создавала, но и по «Физиологии» для этой продуманной твари. А теперь он вспомнит о своей липовой невесте и еще долго не забудет. Лекции и практики не за один день пишутся, преподаватели годами их нарабатывают и переписывают. Теперь и он, наконец, погрузится в свою работу с головой.
И ничуть мне не совестно за свою подлость. Ни капельки не стыдно!
— Ну, ты главное не переживай, Ирина, — решила подбодрить меня коллега, — ты девушка молодая, и тридцати еще нет, а уже кандидатскую защитила. Голова у тебя светлая — нигде не пропадешь. Ты уже нашла новую работу?
— Еще нет. Решила в другой город перебраться, — призналась я. — Вещи уже в машине, ключи от квартиры тётушкиной подруге передала, она следить за ней будет. Сейчас сдам обходной лист и в дорогу.
— Это ты прямо смело все в жизни повернула, — поразилась Антонина Федосеевна. — А Алексей как же? Расстались?
— Расстались, — оглядевшись, я заприметила еще пару женщин, идущих в нашу сторону. Поболтать они тоже любили, так что пора убегать, иначе застряну тут надолго. — Ну, пора мне. Давайте прощаться.
Пока уже бывшая коллега не опомнилась, горячо ее обняла и, подхватив удобнее гору папок, рванула в сторону методического кабинета. Распахнув нужную дверь, я, прогибаясь под тяжестью документов, еле дошла до ближайшего стола и свалила на него папки.
Тут меня ожидал неприятный сюрприз. Возле методиста крутился Алексей и явно пытался чего-то от женщины добиться. Но грозная хозяйка кабинета сидела с каменным лицом и позиций не сдавала.
Никак понял уже, что папочки его я умыкнула и уже надежно припрятала в машине. Прибежал выпрашивать копии из метод кабинета. Что ни говори, а скользкий тип. Как я могла не замечать столько лет его гнилое нутро. Это насколько нужно быть слепой, чтобы искренне любить вот это. Даже жалко себя стало. И поделом мне, умнее буду. Правильно он сказал, нужно опыт накапливать и
смотреть с кем отношения строю.
8 понравилось
Ваша оценка