– Но ты не была такой и сейчас не такая… – начала Мадлен.
– Да, хорошо, а что, если была бы! – прервала ее Джейн. – Что, если была бы? В этом-то и дело. Что из того, если я была полноватой и не особенно смазливой? Что в этом такого ужасного? Такого отталкивающего? Это что – конец света?
Мадлен не нашлась с ответом. Для нее быть толстой и уродливой было бы равносильно концу света.
– А все потому, что самооценка женщины основывается на ее внешности, – сказала Джейн. – Вот почему. Мы живем в обществе, помешанном на красоте, когда главное для женщины – сделать себя привлекательной для мужчин.
Мадлен прежде не слышала, чтобы Джейн говорила так агрессивно и свободно. Обычно она была застенчивой и неуверенной в себе, готовой выслушать чужое мнение.
– Неужели это правда? – спросила Мадлен. Ей почему-то не хотелось соглашаться. – Знаешь, в душе я часто завидую женщинам вроде Ренаты или этой зазнайки, жены Джонатана. Они зарабатывают кучу бабок, ходят на заседания членов правления или бог их знает куда, а я неполный рабочий день занимаюсь своим милым маркетингом.
– Да, но в глубине души ты знаешь, что обставила их, потому что красивее, – заметила Джейн.
– Ну, не знаю, – сказала Мадлен. Она поймала себя на том, что гладит свои волосы, и опустила руку.