Niezwykły przypadek doktora Jekylla i pana Hydea

У всех, кто его видел, оставалось ощущение какого-то уродства, хотя никто не мог сказать какого именно.

Он начал меланхолически перебирать честолюбивые мечты, которые питал прежде: никогда-то ему теперь не стать героем и представителем своего родного Бангора, что в штате Мэн; не продвигаться ступень за ступенью по общественной лестнице; почести одна за другой не посыплются на него; и уж, наверное, ему придётся расстаться с мыслью быть избранным в президенты Соединённых Штатов Америки и оставить по себе безвкуснейший памятник, призванный украшать вашингтонский Капитолий!

— Юность — пора малодушия, — сказал доктор. — В этом возрасте человек склонен сгущать краски. Я стар и, как видите, никогда не отчаиваюсь.

Вы можете убить тело, мистер Хендс, но не дух.

Одни боялись Пью, другие - Флинта. А меня боялся сам Флинт.

Джон Сильвер

Задать вопрос это словно столкнуть камень с горы: вы сидите себе спокойненько на ее вершине, а камень катится вниз, увлекает за собой другие камни; какой-нибудь безобидный старикашка, которого у вас и в мыслях не было, копается у себя в садике, и все это обрушивается на него, а семье приходится менять фамилию. Нет, сэр, у меня твердое правило: чем подозрительнее выглядит дело, тем меньше я задаю вопросов.

Его любознательность была неискоренима и неутомима, расспросы его были столь же назойливы, сколько нескромны.

Из двадцати шести человек мы пока могли положиться только на семерых. И один их этих семерых был я, мальчик. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати.

- И только подумать, что все они англичане! - воскликнул сквайр. - Право, сэр, мне хочется взорвать весь корабль на воздух!

- Капитан, - сказал доктор, - перехитрил Вас Джон Сильвер. Он замечательный человек.

• Он был бы еще замечательнее, если бы болтался на рее, - возразил капитан