Bitter Orange

Из флёрдоранжа, цветков померанцевого дерева, олицетворяющих чистоту и  невинность, составляют классический букет невесты. Которого у Френсис Джеллико, к ее тридцати девяти никогда не было, и наверно не будет уже. Если проводить параллели из царства флоры, она не только цветок, что давно осыпался, но и плод успевший подсохнуть и огрубеть.

Могла ли маленькая Фрэн, которая жила с мамой и папой в большом красивом доме, могла ли знать, что скоро все закончится, она окажется в крохотной съемной квартирке с мамой, а в их доме и в папином сердце, поселится другая. И мама станет все время болеть, а Френсис придется ухаживать за ней почти до сорока лет. Однако теперь все кончено и героиня, утратив со смертью матери право на отцовские алименты, впервые в жизни обрела свободу.

Удивительно, но она вовсе не чувствует себя потерянной. Совпало так, что ее увлечение классическим  ландшафтным дизайном и статьи, которые пописывала в специализированный журнал, вдруг привели клиента. Месяца не прошло со скорбного события, как она получила приглашение сделать оценку состояния старинного поместья, купленного богатым американцем, который только еще собирается прилететь в Англию, чтобы познакомиться со своим приобретением.

Для этого придется пожить в Линтоне (салют, "Грозовой перевал") месяц-другой, что ж, отлично,  можно оставить наконец место, с которым связано столько тяжелых воспоминаний, переменить обстановку и обрести новую себя: свободную, независимую, самостоятельную. На дворе лето шестьдесят девятого, сексуальная революция, дети-цветы, битломания, любовь лучше войны, нью-эйдж и всякое такое.

И да, это будет совершенно новая реальность. Первые в ее жизни друзья, пара Питер и Кара - Питер нанят ее работодателем за тем же, что и она - экспертная оценка состояния поместья, которое долго ветшало, а в годы войны служило казармой, и сильно пострадало от вандализма. Чего новый владелец не знал о своем приобретении, чего не нашли солдаты - так это погреб с отличными винами, которое отыскал Питер. Кара отлично готовит, и Френсис с головой погружается в первое пьяное лето своей свободы, дружбы и любви.

Первое, когда она не за кругом, а внутри его. Прекрасная нежная юная Кара, уже столько всего успевшая пережить, и мужчина - сильный, притягательный, явно несчастный с этой взбалмошной красоткой. Достойный лучшей женщины. Такой, которая умеет заботиться. Клэр Фуллер написала интересный готический гиньоль в духе Себастьяна Жапризо.

Несколько затянутую экспозицию и кучу развешанных по стенам ружей, которые так и не выстрелили, стоит отнести к недостаткам, если рассматривать с позиций жанровой литературы, но без привязки к детективу или триллеру книга замечательно хороша, тонка и точна.

Если бы не игра на Livelib я бы долго откладывала эту книгу. Но скажу честно, ещё б на столько же можно было отложить, а то и вовсе пройти мимо.

Это абсолютно не моё.

Фрэнсис приехала в особняк для описи садовой архитектуры. Она знакомится с уже живущитими там Питером и Карой. И начинает (случайно) подглядывать за ними.

Вот скажите, что это за идиотизм? Она взрослая женщина. Нет, я могу понять, что в её обстоятельствах для неё это норма, но...

История полна комплексов. При чем женских. За Питером я такого не заметила.

Фрэнсис бесит, сороколетняя девственница, которая бредит Питером. Кара истеричка на фоне ревности. Питер вообще непонятно зачем это терпит, тоже такой себе "мужчина".

80% книги это проза. Как они живут в доме, к чему ведут эти недоотношения. 20% триллер. Это сказка для взрослых, мимо которой можно пройти.

Это вариация на тему «преступление и наказание».

Немолодая женщина Фрэнсис находится в неком заведении (я подумала сначала, что в хосписе) и рассказывает о событиях двадцатилетней давности. Тогда, в возрасте 39 лет, она приезжает в поместье Линтон, чтобы провести оценку садовой архитектуры для нового владельца. Там она знакомится с Карой и Питером, красивой и яркой парой. Каре - 26, Питер - примерно ровесник Фрэнсис. К 39 годам многие наживают солидный опыт и смекалку, а у Фрэнсис - только родительские травмы.

Она прямо говорит, что не знает, как люди выстраивают дружеские или любовные отношения, как вообще находят друзей или любовников. И тут она знакомится с Карой и Питером, которые ей сразу понравились, и которым понравилась она. Она испытывает эйфорию, все-таки чуть ли не первые друзья, чуть ли не первая любовь. Вместе они работают, гуляют, пьют вино, весело проводят время. Фрэнсис совершенно не разбирается в людях и не понимает, кто ей действительно симпатизирует, не видит, что Питер - мутный мужик, Кара - мутная баба.

Книга позиционируется как триллер, но я узнала об этом только из описания после прочтения. Мне она понравилась, но она не производила на меня гнетущего впечатления. Несмотря на то, что там происходила всякая срань, я воспринимала ее скорее как уютную и приятную книгу. Погода всегда была солнечной и жаркой, и я бы сказала, что триллеры не бывают летом, но в этом же месяце я прочитала Саманта Швеблин - Дистанция спасения . Там тоже было жарко, все отдыхали и плавали, никто не работал, но при этом все было настолько пропитано тревогой, что буквально каждую страницу я ожидала, что что-то ужасное произойдет. Возможно, у Горького апельсина были бы более высокие оценки, если бы люди не ждали от него триллера. Потому что в принципе-то книга неплохая, она спокойная, интересная, хорошо написанная, с шизой, с интригой и посылом, с которого я и начала.

Поэтому я ее рекомендую с поправкой, что это все-таки не триллер.

В этой книге была особая атмосфера - полузаброшенного чужого жилища, загадочной территории старого сада, а еще - не очень сложившейся женской жизни, печали и личного смирения со случившимся и не состоявшимся в ней, и именно этим она меня, наверное, и привлекла. Мне казалось, я неплохо представляю себе такие типы женщин, как Фрэнсис и Кара, и такие способы одновременно смиренного и бунтующего бытия, и мне хотелось убедиться в этом, внутренне предсказывая исход сюжета.

Предсказывалось легко из-за легкого флера патологии, который сквозил во всем происходящем, и мне все время, как другому герою – Виктору, хотелось сказать Фрэнсис: «Sister, run fast!». Из таких историй, и даже лишь от их предчувствий, убегать надо обязательно, по сути, к ним и приближаться-то не нужно. Там, где что-то сложное, болезненное, пограничное происходит между двумя, третьему делать нечего, какими бы иллюзиями он себя ни тешил, но в человеческих чувствах и самоотношениях действует столько разных факторов, что никакие предостережения не помогают, как и случилось в этом случае. Главную героиню жаль во всех ее проявлениях, настолько она не приспособлена к авантюрам вроде той, в которой случайно оказалась. Ей сочувствуешь в каждом эпизоде. Жизнь без женских и общих коммуникативных навыков всегда чревата нелепостями, и в целом неглупая героиня, стремясь раскрепоститься и преодолеть детско-дочерние комплексы, понимает, что не может этого сделать - стесняется самой себя, ловит себя на внутренней противоречивости желаний, но чуть начав меняться в желанную сторону, сразу начинает надеяться на большее, чем ей может достаться, и попадается в ловушку «достижимости для других, но недостижимости для тебя».

Сюжет развивается медленно, в отдельных эпизодах чем-то напоминая действия героини из «Выбора Софи», но динамика переживаний и действий Фрэнсис передана очень хорошо и держит в напряжении. Она, по сути, пребывает в смятении чувств: тут и робость, и стыд, и зависть, и надежда. В ней бушуют собственные внутренние конфликты, а тут еще увлеченность Питером. Развязка трагическая, и метафорически ее отражает образ сухого горького апельсина – плода от одичавшего дерева, за которым никто не ухаживал.

Конечно, книга не массового спроса, но под настроение читается неплохо.

Фрэнсис Джеллико очень замкнутая и неуверенная в себе девушка средних лет. Ее мать недавно скончалась, а до этого за ней пришлось ухаживать 10 лет. По случаю ее привлекают для обзора сада и окрестностей одного английского поместья. Там она знакомится с Питером, приглашенного для описи дома, и его женой Карой. Фрэнсис чудаковатая, кажется, она и на улицу толком не выходила, не общалась с людьми, естественно, никаких отношений с мужчинами у 39-летней дамы тоже не было. И вот ей довелось наблюдать за идеальной романтической парой.

Впервые в своей жизни она не стоит в стороне, принята в компанию. Фрэнсис вдруг получает возможность вдохнуть свободы: она пьет вино, начинает курить, ест на траве или ступеньках, не обращая внимания на вбитые матерью условности. И сама не понимает в кого же из двоих - в Клару или в Питера - она уже практически влюблена.

Между тем в жарком летнем воздухе постепенно начинает нарастать напряжение. Парочку пытается перетягивать Фрэнсис то в одну, то в другую сторону, поверяя ей самое сокровенное. Что-то определенно должно случиться, учитывая, к тому же, что все это воспоминания женщины на смертном одре, от которой священник ждет некоего признания.

Повествование очень медленное, тягучее, почти нет никаких событий, да и героев на сцене кот наплакал. Тем не менее, автору удалось подцепить меня на крючок, хотелось узнать, чем кончится дело и у кого какие скелеты в шкафах. Что-то не так с Карой, с Питером или с Фрэнсис, которая чем ближе к концу, тем все больше выступает как ненадежный свидетель.

Знаете, бывает такое нехорошее чувство: видишь убогого человека, умом понимаешь, что его пожалеть надо, но чувство гадливости перевешивает всё остальное. Вот так же и с отношением к ГГ книги. Разрываешься между жалостью и отвращением. Жалко её, потому что не она сама сделала себя и свою жизнь таковой. Спасибо мамочке. Отвратительно, потому что она только культивирует в себе свои пороки, неполноценности. Жалко, потому что все надежды её и мечты на поверку имеют вкус горьких апельсинов. Отвратительно, потому что Фрэн всё ещё цепляется за своё прошлое, хотя бы чулками и нижним бельём матери. Жалко, потому что для неё вся эта непривлекательная история была единственным ярким моментов в жизни. Отвратительно, потому что для Фрэн желание быть любимой приобрело вид сумасшествия.

В целом книга обещает прекрасную атмосфер: старинное поместье, изысканная архитектура, тайные комнаты, одухотворяющие пейзажи, свежий воздух, счастливая семейная пара, новые друзья. Всё это становится фоном для развития психоза Френ, долгое время пребывающей подле больной и явно тиранствующей мамочки. После её смерти девушка стремится к духовному освобождению, но не замечает, что уже впитала в себя то, что её угнетало.

Её новые друзья – Кара и Питер - так же неприятны. В их отношениях много лжи и притворства, их поведение театрально. Непонятно, когда они играют с Фрэн, а когда сами с собой. Постепенно приходишь к пониманию, что они так же больны на голову, как и ГГ.

Незримый гость. Он то ли есть, то ли его нет. Вот Фрэн его слышит, замечает следы его присутствия. А мы нет. Начинаешь думать, уж не Питер ли с Карой так развлекаются. Но мы так и не узнаем. Пошумел и – будет. К чему это было?

Роман читала с натяжкой. Было удивительно сочетание летней деревенской безмятежной атмосферы с мрачным душевным состоянием героев. Но и только.

Стоит признаться, что эту книгу я выбирала по обложке, что совсем мне не свойственно. И если бы не эти достопочтенные апельсины , книга никогда бы не попала мне на глаза.

К чтению я приступила на бегу. Поэтому знакомиться с аннотацией, читать отзывы или хотя бы определить жанр времени у меня не было. Ошибочно, я решила, что это история старого дома, который постепенно будет открывать для нас свои тайны. Но история не об этом.

С первых глав я почувствовала атмосферу книги, которую читала почти десять лет назад. Это Элизабет Гилберт - Происхождение всех вещей . В " Горьком апельсине" тоже взрослая женщина раскрывает свою сексуальность на фоне научных исследований. Но книга и не об этом тоже.

Как оказалось это триллер. И все "белые и пушистые" персонажи на самом деле люди с психическими проблемами. Депрессия, маниакальное состояние, галлюцинации, патологическая ложь. Можно бесконечно перечислять качества ,которыми автор наградила своих героев. А все мы знаем, что если в начале книги на стене висит ружье, то к концу оно обязательно выстрелит.

Перед нами разворачивается трагедия. Но она, к большому моему сожалению, не держала меня в напряжении. Множество мелочей, на которых автор акцентировала свое внимание, в итоге оказались простым "пшиком", который не принес необходимого для триллера антуража.

Горькие апельсины, которые гордо были выставлены в названии, тоже особой роли не сыграли. Может быть автор пыталась сделать их неким триггером, но провалилась. Апельсины появлялись пару раз, но не играли особой роли в сюжете. Были и были, обратите внимание, всего хорошего.

По книге можно составить прекрасный "чек -лист" идеального триллера. Но к сожалению, несмотря на множество замечательных фрагментов хорошей общей картины у автора не получилось.

И пусть в финале "ружье выстрелило". Но это был очень предсказуемый выстрел. И дорога к нему была очевидной. Автор беспрепятственно довела нас до финиша и оставила с массой вопросов, которые решила в тексте задать, но отвечать на них посчитала не нужным.

Фрэнсис Джеллико прибывает в старое английское поместье для составления описи садовой архитектуры по поручению его нового владельца. В этом большом доме Фрэнсис обнаруживает ещё друх постояльцев: семейную пару Кару и Питера (а может, и не семейную). Вскоре Фрэнсис находит с ними общий язык, и они становятся друзьями. Забыв на время про работу, они втроём праздно проводят время за разговорами о жизни.

Для меня книга оказалась нудной, скучной и бессмысленной. Я бы сказала, что это вымученная история об очень закомплексованных и несчастных людях. Фрэнсис - непривлекательная сорокалетняя толстуха (пардон, пышнотелая девственница), которая рисует в своих мечтах любовь с Питером и подглядывает за парочкой в потайной глазок в полу. Кара - инфантильная, неуравновешенная особа, витающая в облаках и рассказывающая всем, что её ребёнок - плод непорочного зачатия. Питер тоже ничего интересного из себя не представляет, он весь в долгах из-за того, что содержит двух "жён".

Триллером эту историю я бы назвала с большой натяжкой, потому как она не вызвала у меня ни чувства тревожного ожидания, ни волнения или страха, что присуще для книг этого жанра. Да что уж греха таить, интереса тоже не вызвала. Я не скажу, что история мне не понравилась, нет, она просто прошла мимо... не оглядываясь...

Книга построена как рассказ женщины, находящейся практически на смертном одре. Так вышло, что Фрэнсис - так зовут главную героиню, - только к 39-ти годам по-настоящему столкнулась с реальным миром. Ее отец ушел из семьи, и мать вырастила из дочери закомплексованную, не имеющую представлений о настоящей жизни девушку. Фрэнсис поступила в Оксфорд, но вынуждена бросить учебу и ухаживать за вдруг заболевшей матерью. И та продолжала третировать ее десять лет, пока не скончалась. Фрэнсис с трудом понимает, что ей делать, продает почти за бесценок все вещи и мебель своей матери и принимает предложение о работе. Девушка отправляется в старое английское поместье, чтобы составить отчет о состоянии его окрестностей для нового владельца, и знакомится с Питером и Карой, нанятых для описи дома. И, собственно, случившееся с этой троицей в поместье и составляет сюжет романа. Медленное, тягучее повествование, поначалу прикидывающееся любовной историей, в которой не имеющая ранее опыта общения с людьми Фрэнсис воображает себя влюбленной то в Питера, то в Кару, то в местного пастора, и с наивностью подростка выискивает доказательства взаимности своих чувств. Потом появляются нотки готического романа, а завершается все трагическим финалом, весьма неожиданным после неторопливого повествования.
Что мне понравилось больше всего - так это ненадежность абсолютно всех рассказчиков в книге. Фрэнсис слушает историю Кары, разумом понимает, что та ее обманывает, но, поговорив в Питером, понимает, что на самом деле та выдумала куда больше. Но можно ли верить самому Питеру? Да и не стоит забывать о том, что вся история ведется от лица 60-тилетней женщины, находящейся одной ногой в могиле. Читатель должен вертеть в руках кусочки пазла, пытаясь понять, как их соединить, и относятся ли они вообще к одной картинке...
Не скажу, что я в полном восторге от книги. Но язык у автора хороший, так что можно простить некоторую затянутость повествования.

Не знаю, что это обо мне говорит (подозреваю, что слишком многое), но я испытываю явную слабость к историям о неприкаянных тетках средних лет, попавших в новое для себя место и на почве застарелых ментальных травм начавших видеть-слышать и испытывать всякое - то ли ненароком повернувшихся винтом, то ли и в самом деле узревших призрака в доме на холме или змея в Эссексе.
Кое-какая историчность, душная атмосфера и натянутые разговоры со скрытым подтекстом только добавляют подобным романам очарования.
Как и медленное повествование, позволяющее лучше отследить гнетущие вайбы тонкой грани между нормальностью и безумием, правдой и самообманом, загадкой внешней и хоррором камерным, психологическим, запертым исключительно внутри отдельно взятой личности.

"Горький апельсин" имел все шансы пополнить список любимых книг такого рода.
39-летняя Фрэнсис, специалист-самоучка по части садовой архитектуры, в разгар лета 1969 года приезжает в обветшавшее поместье, расположенное где-то в английской глубинке, чтобы оценить тамошние ландшафтные красоты по заказу его нового американского владельца.
Та же Фрэнсис, но уже на 20 лет старше, валяется в больничке строгого режима, почти парализованная и, кажется, в запущенном когнитивном состоянии. В промежутках между визитами навязчивого викария, обтираниями и почти насильной кормежкой она погружается в дрейф по волнам памяти о самом интересном периоде своей жизни, когда познакомилась в том доме с очаровавшей её парой, Питером и Карой.
Питер раньше занимался скупкой редких книг у родственников умерших (и это, в общем-то, звоночек по части облико морале), а теперь должен оценить внутреннее убранство и состояние дома. Кара сразу выглядит образцом экзальтированной натуры (если не классической истерички) - с утра чуть не вниз головой виснет на видавшем виды фонтане, к обеду шокирует местную общественность неприличными выходками в церкви, а к вечеру примеряет на себя образ примерной супруги, готовя шикарный обед из блюд высокой итальянской кухни (если не напьется раньше и не утонет в собственных внушающих большие сомнения рассказах о шубе, подаренной одним из легендарных битлов, или еще каких приключениях злоключениях).

Для Фрэнсис, которая последние 10 лет провела в заботах об уходе за лежачей деспотичной матерью, такое знакомство становится глотком свободы и дверью в дивный новый мир пороков и искушений.
Теперь уже не надо являть собой жалкое зрелище, в одиночестве поглощая банку сардин в томатном соусе за импровизированным столом из накрытого запасной наволочкой чемодана, как не надо и носить сдавливающее многократно критикованные матерью пухлые формы белье. Пусть у соседей снизу дела с мебелью обстоят не лучше, зато они по-настоящему живут, дышут полной грудью и, похоже, получают удовольствие даже в самые жаркие дни этого тянущегося на манер сладкого сиропа лета.
Фрэнсис больше не нужно познавать настоящую жизнь посредством чтения скабрезных надписей на стенах вокзального туалета. У неё теперь для этого есть друзья. Шикарные вечерние обеды в походных условиях.
Ленивые прогулки до озера и обратно. Несчетное число бутылок в случайно обнаруженном Питером винном погребе.
А еще - вмонтированная невесть кем и когда в пол её ванной часть телескопа, позволяющая наблюдать за ванной Кары и Питера (которая, правда, по-моему, служит больше метафорой их отношений, нежели источником хоть какой-то внятной информации).

Декорация для всех этих непростых межличностных построений выбрана удачная - купленный американцем дом пребывает в самом плачевном состоянии.
Годы квартирования здесь армии и последовавшего за войной запустения погрузили в пыль, непролазные заросли и сорняки всё, что только возможно.
Пышно зеленеет здесь, кажется, только апельсиновое дерево в полуразрушенной оранжерее, да и то символично оказывается померанцем с очень горькими на вкус плодами.
Изысканные блюда, бесконечные курение-выпивка и подчеркнуто легкомысленное поведение вроде бы помогут рассказчице Фрэнсис и прочим участникам событий на время избавиться от бремени одиночества, неуверенности и вины, но, если присмотреться повнимательнее, абсолютно всё там окажется таким же гниющим и разваливающимся на части, как и окружающий их дом - причем задолго до разъясняющей дело концовки.
Остается только дождаться, каким путем нас к этому подведет автор, и это томительное ожидание развязки с легким налетом переживания сверхъестественного (которое, впрочем, служит здесь исключительно отражением внутренних тревог) по-своему завораживает.

С удовольствием поставила бы книге оценку на полбалла выше, если бы не два расстроивших меня обстоятельства.
Первое - избыточность описаний бытования нынешней Фрэнсис в режиме полуовоща с нещадными повторами и проговариванием уже очевидного.
Второе - обилие отсылок к классике готики, которое порой выглядит чуть ли не огульным заимствованием. Судьба Фрэнсис во многом является калькой героини Ширли Джексон из "Призраков дома на холме". Кое-где в тексте отчетливо торчат уши "Грозового перевала", "Маленького незнакомца" Сары Уотерс и даже знаменитого хичкоковского "Психо". Начитанность автора и "пасхалки" для фанатов жанра - это всегда неплохо, но, на мой вкус, не в таких количествах и не столь прямолинейно.

Приятного вам шелеста страниц!