Herzenstimmen

Жить - значит страдать.

Иногда нам приходится искать вдали то, что лежит рядом... Иногда необходимо сделать нечто не ради результатов, а чтобы понять: хотим мы совсем другого

Сколько можно смотреть на спящего малыша? Лежит себе и лежит. Все дети одинаковы.
– Тебе еще не наскучило? – однажды спросил он жену.
– Нет.
– А почему? – (Ну Ну пожала плечами.) – Скажи, что ты видишь, когда смотришь на него?
Ну Ну задумалась:
– Все.
– Что значит «все»?
– Я вижу загадку жизни. И ее разгадку.

...существуют ли закрома для счастья, где оно сохраняется?

Каждый человек - величайшая загадка, в ответе на которую и скрыт истинный смысл жизни. Никто из нас полностью себя не разгадает и тем не менее наш долг - идти по этому пути. И не важно сколь длинной окажется жизненная тропа и куда она нас заведет.

Не всё, что поддается объяснению, является истинным. Но все истины поддаются объяснению.

Есть моменты, которые человек помнит всю жизнь. Они вплавляются в душу, оставляя шрамы на невидимой коже. И потом от прикосновений к ним тело вздрагивает от нестерпимой боли. Эти шрамы не исчезают со временем, они ноют годы и даже десятилетия спустя. И вновь всё оживает: зловоние страха, его привкус и звук.

В том, кого однажды отвергли, навечно сохраняется ощущение ненужности.
Тот, кого не любили, будет всегда испытывать неутолимую тоску по любви.
А тот, кто был любим, но по какой-то причине лишился любви, сохраняет её в душе вместе со страхом потерять снова.

А иногда нас соединяет горе. Мы сливаемся в боли и тоже на несколько драгоценных секунд становимся единым целым, потому что никто не в состоянии в одиночку выдержать колоссальную разрушительную силу момента.

Есть семьи, обделенные счастьем. Они либо вовсе его не знают, либо видят жалкие крохи. Зато всевозможные беды наведываются часто и задерживаются подолгу. Есть семьи, где каждый отдаёт всю любовь, какая у него есть, но этого оказывается мало. Где каждый делится последним, однако сердца остаются голодными. В этом некого винить, никто никому не желает зла. Но душевные раны, получаемые в таких семьях, потом ноют всю жизнь, и жизни не хватает, чтобы их исцелить.

Правда ли, что человек может сосчитать все моменты, когда в его жизни происходило что-то важное?

Интуиция - это память о нашем опыте. Надёжная память. Нужно лишь внимательно слушать её голос... Интуиция не всегда говорит напрямую. Бывает, она твердит совсем не то, что нам хотелось бы услышать. Но от этого не становится менее правдивой.

Любовь - не бисер и не песчинки. Её не разделить на равное число бусинок и на одинаковые песочные кучки.
Любовь - не рисовый колобок. Его тоже легко разрезать поровну.
Любовь - не сочный плод манго, из неё не выжмешь сок и не разольешь по кружкам.
Любовь не признает деления поровну. Не признает справедливости. Любовь подчиняется своим законам, даже материнская.

Я могла по пальцам пересчитать тех, с кем мне было хорошо и спокойно.

Есть воспоминания, от которых не сбежать. Куда бы мы ни отправились, понесем их с собой, и расстояние не поможет. Они преследуют нас, сопровождают в разные моменты жизни. Мы чувствуем их запах, слышим их звуки. Наслаждаемся ими либо страшимся их. Память не спрашивает о дне недели и времени суток.

Рана, которую смерть мужа пробила в ее жизни, никогда не затянется. Другие события могут накрыть собой эту дыру, наподобие кустарников, выросших над глубокой ямой. Но сама яма не исчезнет, и в нее по-прежнему можно упасть.

Одиночество - самое суровое наказание. Человек к нему не приспособлен.

Есть воспоминания, от которых не сбежать.

– В самом деле? В нашей стране у юристов не слишком высокая репутация.
– В нашей тоже.

Планов у меня не было, но была мечта.