Дарующий звезды

Шесть месяцев спустя он уже не считал ее фарфоровой куклой. Элис была в этом абсолютна уверена.

- Знаешь, что самое страшное в том, когда тебя бьет мужчина? - наконец нарушила молчание Марджери. - Даже не физическая боль. А то, что в этот самый момент ты понимаешь, каково это - быть женщиной. И здесь не имеет значения, насколько ты умна, насколько сильная в полемике, насколько вообще лучше его. Потому что в этот самый момент ты понимаешь: он всегда сможет заткнуть тебе рот кулаком. Вот такие дела.

Ты такая нежная и утонченная. Совсем как чистокровная лошадь.

Ой, кстати, ты должна остерегаться змей. Ты что-нибудь знаешь о змеях?
Элис покачала головой.
Марджери растерянно заморгала, словно у нее в голове не укладывалось, что кто-то мог не знать о змеях.
– Ну, ты в курсе, что у самых ядовитых из них голова обычно в форме лопаты?
– Я поняла. – Элис подождала секунду. – Такие квадратные? Или теми, что копают, с заостренным концом? У папы была даже дренажная лопатка, которая…
– Ладно, просто старайся держаться от змей подальше, – тяжело вздохнула Марджери

Элис сидела на качелях, слушала стрекотание сверчков и мысленно задавала себе вопрос: как в доме, полном людей, можно чувствовать себя самым одиноким человеком на земле?

никто даже не будет знать, что ты у нас работаешь. Послушай, мисс София, мы отчаянно нуждаемся в твоей помощи. Мне нужен свой человек, чтобы чинить и сортировать книги, а ты у нас по любым критериям – лучший библиотекарь трех округов.
– Повторяю еще раз для непонятливых: ваша библиотека для белых.
– Все меняется.
– Скажи это людям в капюшонах, когда они постучатся ко мне в дверь

... быть может, мы должны понять одну простую истину: некоторые вещи являются даром свыше, даже если ты и не можешь оставить этот дар у себя. Возможно, достаточно знать, что на свете существует подобная красота, - и можно умереть спокойно.

... Она честно заработала каждый свой синяк и каждый свой волдырь, создала новую Элис, на основе той, с которой ей никогда не было комфортно.

— Верхом ездят женщины. распространяют книги.
— Женщины?
— Что, одни? — спросил какой-то мужчина.
— Последний раз, когда я смотрела на себя в зеркало, то видела, что Бог дал мне две руки, две ноги, совсем как у мужчин.

Воды хотите? На улице такая жарища, что даже змеи в норах поджариваются.