Цитаты из книги In the Darkness

Всю необходимую информацию он отыскивал в новых селфи, в позах, в шутливых или зазывных заголовках. Отмечал тех, кто писал о новых парнях или сообщал: «Наконец-то я свободна, бегом на вечеринку!» Самые удобные мишени. С теми, у которых кто-то есть, всегда сложнее.

Он открыл «Инстаграм» и принялся просматривать ленты своих возможных следующих мишеней. Лично за ними он практически не следил. К чему рисковать, если женщины сам из штанов выпрыгивают, делая за него всю грязную работу?

– Хватит надо мной издеваться! Лучше скажи, что с твоим внутренним расследованием? Тебя больше не обвиняют в том, что сделал мир чуть лучше? – Похоже, нет. Дело закрыли. Новый свидетель оказался другом матери Уэллса, и все говорит за то, что его даже не было на месте происшествия. – Кто такой Уэллс? – Тот педофил, которого я пристрелил. – Так и говори: педофил! Буду я еще по фамилиям запоминать всех уродов, в которых ты стрелял! – Вообще-то я стрелял только в одного...

Капля по капле, в душу начал просачиваться холодный ужас.

Они увидят соломинку, за которую можно схватиться в штормовом море горя и утраты.

Впрочем, есть что-то и в том, чтобы пробуждаться на рассвете, ранним воскресным утром, и прислушиваться к тишине. Все спят, и легко вообразить, что ты один в целом мире.

Истории из прошлого – совсем не то, что неведомые ужасы, подстерегающие в будущем.

Едва Зои вошла в номер и захлопнула за собой дверь, как на нее нахлынули образы и ощущения минувшего дня, которые на людях удавалось прятать за стеной отчуждения.

Но однажды он вкусил нечто новое, и с тех пор повседневная жизнь словно подернулась мутной серой пленкой. Как человек, который изо дня в день ел котлеты и был доволен – пока не попробовал сочный стейк.

Он старался не пересматривать видео слишком часто – от повторения приедается любое удовольствие. Но пока что это зрелище возбуждало его почти так же сильно, как в первый раз.

Зои набрала воздуху в грудь, явно готовясь к нападению, и Тейтум решил: хоть и забавно будет посмотреть, как от лейтенанта клочки полетят по закоулкам, пора все-таки вспомнить, ради чего они приехали в Техас.

Люди постоянно лгут самим себе.

Из тьмы приходят чудовища.

(Дед чехвостит Тейтума за то, что он обижается на женщину.)

«Ты что, Тейтум, яица потерял? Ветереинар, когда Веснушку золотил, заодно и тебе яица отстриг?»

И мальчик потащился за матерью, отчаянно рыдая и повторяя: "Прости, прости, прости!". Вот оно, волшебное слово, верно? Разве не это надо говорить, когда провинился? "Прости" - и тебя простят!
Только его никогда не прощают.

— Только об одном ты не подумала.
— О чем?