Цитаты из книги Шляхи долі

Достойно запечатлеть образ такого детины, как Рейдлер, могла бы, пожалуй, только фреска — нечто огромное, спокойное, простое и не заключённое в раму.

Неужели любовь так хрупка, что ревность – самое истинное доказательство любви – может ее разбить!

Они заперли дверь на засов, оставив мир снаружи. Каждый стал миром другого.

Он увидел женщину в черном, чьи волосы отливали бронзой, как крыло индейки, а загадочные помнящие глаза могли принадлежать… ну, хотя бы акушерке, наблюдавшей за сотворением Евы.

В отеле «Лотос» неведомо как возник слух, что мадам Бомон принадлежит к космополитическим кругам и что ее тонкие белые пальцы дергают некие международные нити в пользу России.

Но Хеджес тратил свои деньги так щедро, с таким размахом и блеском, как будто он был клерком, проматывающим недельное жалование.

Чалмерс разорвал письмо на тысячу мельчайших клочков и принялся терзать свой дорогой ковер, расхаживая по нему взад и вперед. Так ведет себя обитатель джунглей — зверь, попав в клетку, и так ведет себя обитатель клетки — человек, заблудившись в джунглях сомнений.

Если муж выскакивает на минутку из дома, а заскакивает назад через 20 лет, он не в праве рассчитывать, что шлёпанцы будут ожидать его на привычном месте и что, едва ему захочется закурить, к нему опрометью бросятся с зажжённой спичкой.

Привычка - склонность или способность, приобретенная частым повторением.

При самом счастливом или несчастном случае племя зевак, имея разум, неудержимо стремиться к месту преступления.

Всякому хочется иметь кого-нибудь, кому можно было бы рассказать про боли в левом плече и про то, как быстро изнашиваются лакированные туфли, когда на них появятся трещинки.

А держу пари, что девочка выставила этот рог изобилия в модной жилетке ровно через два дня, как исчез ее суженый.

Дай этому щеголю отставку, а то не ставить тебе комнатных туфель под мою тумбочку.

Люди нaуки, говорят, отличaются рaссеянностью.

Нью-Йорк — город зевак. Много в нем, конечно, и таких людей, которые идут своей дорогой, сколачивая капитал и не глядя ни направо, ни налево, но есть и целое племя, очень своеобразное, состоящее, наподобие марсиан, единственно из глаз и средств передвижения.

Слова его нашли дорогу к ее сердцу, самая пустота которого служила ему надежной броней.

– ...Я полюбил вас с первого взгляда… – Все так говорят, – рассмеялась Мэйзи. – Попадись мне человек, которому я понравилась бы с третьего взгляда, я, кажется, бросилась бы ему на шею.

На хорошеньких девушек он глядит, как глядит на пассажиров таможенный досмотрщик, напоминая: «Не подмажешь – не поедешь».

О, эта улыбка продавщицы! Бегите от нее, если только охладевшая кровь, коробка конфет и многолетний опыт не охраняют вас от стрел амура.

Ей было восемнадцать лет, и она работала в отделе мужских перчаток. Здесь она хорошо изучила две разновидности человеческого рода – мужчин, которые вольны пойти в магазин и купить себе перчатки, и женщин, которые покупают перчатки для подневольных мужчин.