Цитаты из книги Труженики моря

Находясь в открытом море, в полном одиночестве, трудно не видеть в ветре и скалах живых существ.

Логика бедствий непостижима.

Ни один зверь не терзает так свою добычу, как море. Вода расправляет когти, ветер кусает жертву железными челюстями, волны ее пожирают. Море одновременно разрывает добычу на части и раздавливает ее. У него такой же удар, как у льва.

Крушение корабля напоминает нашествие пиратов. Тучи, гром, дождь, ветер, волны и рифы – коварные злоумышленники.

(На Гернзее) судно было спущено на воду 14 июля. Тогда Летьерри, стоя на палубе, смотрел на море и кричал: «Теперь твоя очередь! В этот день парижане взяли Бастилию; теперь твоя очередь!»

Людей с сильной волей можно лишить богатства, но не присутствия духа.

Рантен говорил: «В политике я уважаю только таких людей, которые не поддаются влиянию».

Лицо Летьерри – сама открытость, а Рантена – сама замкнутость... Рантен – воплощенная сила, скрывающаяся под оболочкой хитрости.

В 1807 году был сооружен первый пароход Фультона. Его построили под наблюдением Ливингстона, на нем находилась паровая машина Уатта, присланная из Англии. 17 августа этот пароход совершил свой первый рейс из Нью-Йорка в Альбани.

Безумная идея, грубое заблуждение, абсурд – таков был приговор Академии наук в начале века, когда Наполеон задумал построить судно, движимое паровой машиной.

Один из проповедников выступил с проповедью на тему о том, можно ли заставлять работать вместе огонь и воду, если Господь отделил их друг от друга. Разве это чудовище (пароход) из огня и железа не напоминало Левиафана? Не означало ли это, что хаос воссоздан человеческими руками?

Добродушным рыбакам, прежде католикам, а теперь – кальвинистам, но всегда одинаково набожным, пароход казался плавучим адом.

На этих пуританских островах, где осуждали английскую королеву за то, что она нарушила библейскую заповедь, разрешившись от бремени под хлороформом («И будешь ты в муках рождать детей своих»), пароход сразу же окрестили «кораблем дьявола».

Обладать улыбкой, которая, непонятно почему, облегчает тяжесть огромных цепей, влачимых всем человечеством, – это чудо.

Каков дом, таков и жилец.

Волна – лишь внешнее проявление тех подводных опасностей, которые таятся в глубине.

Ведь женщины готовы выйти замуж хоть за дьявола, если только он богат.

Вулканы выбрасывают камни, а революция – людей. Члены одной и той же семьи оказываются отделенными друг от друга огромными расстояниями, теряют родину и близких. Судьба бросает кого-то из них в Германию, других в Англию, третьих в Америку. (...). Таким аэролитам, заброшенным, изгнанным, местные жители дают разные названия: их зовут эмигрантами, беглецами, авантюристами.

В прошлом столетии колдунов в Гернзее сжигали живьем. Теперь их приговаривают к двум месяцам тюремного заключения: четыре недели на хлебе и воде и четыре недели в карцере.

Колдунов в Гернзее можно встретить весьма часто. Они занимаются своим делом, и XIX век против них бессилен.