- Но как мне с ней поквитаться?

• Теперь тебе придётся прожить долгую жизнь в любви и счастье. Со мной. - Он улыбнулся, заправил ей за ухо выбившуюся прядь. - Мы непременно с ней поквитаемся. Накопим денег, уедем к морю или куда тебе захочется. И будем жить долго и счастливо до самой смерти.

Бывают времена, когда, стараясь быть чересчур правильным, можешь потерять все

Она была красива, из тех людей, от которых трудно отвести глаз, но впоследствии вам кажется, что вы проглядели что-то важное.

"Ответ прозвучал так тихо, что мог быть трепетом ночной бабочки, влетевшей в открытое окно на свет лампы"(с.)

"Чувства Долли – как яркие воздушные змеи на длинных ниточках, взмывают и падают попеременно" (с.)

"...приобретенная в детстве система верований никогда не изживается полностью; она может на время уйти в глубину, но в критические минуты всегда возвращается и заявляет права на душу, которую сформировала."

Иногда воображаемое действие помогает не хуже настоящего.

[...] старики не способны понять нужды молодых, а если они понимают вас, значит, вы что-то делаете не так.

Ты выглядишь дёшево, Лорел, а для девушки нет ничего хуже, чем казаться доступной.

В вине сплошные антиоксиданты. Не напиток, а эликсир здоровья.

...но красться куда приятнее, чем просто идти...

Тетя протяжно всхлипнула, и Вивьен подумала, до чего взрослые бывают противные и слабые. Так привыкли получать все и сразу, что не научились мужеству.

Давным-давно, когда я еще не стала мамой, я была крокодилом... Да, но потом мне надоело. Плавать и щелкать зубами. А еще тяжело таскать за собой хвост, особенно когда намокнет. ... однажды, когда я лежала на берегу, мимо прошла маленькая девочка с мамой. Они держали друг друга за руки. И я поняла, что тоже так хочу. Вот я и превратилась в человека.

Куда утекло время? Кто-то подкрутил стрелки часов, пока она ненароком отвернулась, другого объяснения быть не может.

То, что произошло тем летним полднем в саду, осталось великой тайной семейной истории.

Губки бантиком, кожа нежная, словно персик, гладкие пряди обрамляют лицо в форме сердечка.

Дороти Николсон не уставала твердить детям: семья — единственное, ради чего стоит жить.

Женщину, которая гордится фасолью, проще обмануть, чем заставить признать, что мир изменился.

Разве можно назвать любовью то осторожное чувство, которое испытывают друг к другу взрослые и которое выражается в похлопывании по плечу и вопросах: «Не заварить ли тебе чаю?»