Цитаты из книги Złowroga charyzma Adolfa Hitlera

Как известно, сам Гитлер никогда не проводил в своей армии широкомасштабных чисток, направленных против офицеров, не являвшихся ярыми сторонниками нацистской идеологии. И действительно, по словам Геббельса, Гитлер считал, что Сталин «вероятно, психически ненормальный», раз решил расстреливать и другими путями убирать из армии наиболее опытных офицеров по малейшему подозрению в политической неблагонадежности.

Важнейшей предпосылкой возникновения харизмы Гитлера как явления была его способность настроиться на одну волну с миллионами соотечественников и чутко улавливать их чаяния, надежды и устремления. Именно эта чуткость лежала в основе его мощного харизматического поля.

Гитлер спорил со всеми, демонстрируя одну из граней своего харизматического лидерства, отличавшую его от другого диктатора — Сталина — ведь такая открытая и бурная дискуссия с советским лидером стоила бы участникам жизни.

Гитлер не придерживался никаких рамок дипломатического приличия. Крики, истерики, частые смены настроения, обиды и озлобленность — невероятным образом фюрер использовал весь арсенал техник манипулирования. Год спустя Чемберлен следующим образом отозвался о Гитлере: „Не хотел бы я иметь такого делового партнёра.

Здесь ярчайшим образом проявилась самая слабая сторона Гитлера как лидера: да, он имел четкую картину мира — как и положено харизматичному лидеру — и умел быстро реагировать на сиюминутные проблемы — как положено всякому политику, — но не умел объединить эти два таланта в единое гармоничное целое.

К моменту своего выступления в Рейхстаге 30 января 1939 года Гитлер добился большего, чем можно было себе представить, — он создал Великую Германию, что простиралась от Каринтии на юге до Фленсбурга на севере, Ахена на западе и Кенигсберга и Вены на востоке.

История его жизни оказалась поистине невероятной. Он покинул Вену 25 лет назад, без профессии, без перспектив и, казалось, без надежды, а теперь вернулся в качестве вождя, объединившего Германию и Австрию.

А самое главное, Гитлер осознавал, что, выделяя себя из толпы и дистанцируясь от обычных людей, он тем самым дает им возможность приписать ему те качества, которые они бы хотели в нем видеть. Именно в этом кроется главная причина того, что люди изменили свое отношение к Гитлеру. Последователи Гитлера верили в него, и эта вера позволяла им наделять его особыми талантами. Вера в Гитлера наполняла их собственные жизни особым значением.

Я почувствовал: этот человек, это тело — лишь инструмент для осуществления на земле большой, могущественной воли. По-моему, это просто чудо».

Важнее всего, — говорил он, — проявить благоразумие и не ввязываться в битву там, где её можно избежать

Всю мою жизнь, — изрек он в 1942 году, — можно считать непрестанной попыткой убеждать людей»

Гитлер обладал еще одним качеством, которое выделяло его во время выступлений — чувством абсолютной уверенности в себе. Выводы Гитлера не оставляли места для сомнений. Он никогда не появлялся на людях, не выбрав предварительно окончательного и непоколебимого решения. Подобную технику он использовал в своих монологах на протяжении многих лет.

«Он был не в ладах с миром, — пишет Август Кубичек, проживший с ним несколько лет в одной квартире в Австрии. — Куда бы он ни смотрел, он видел вокруг только несправедливость, ненависть и вражду. Ничто не укрывалось от его критики, ничто не удостаивалось похвалы в его глазах… Задыхаясь от ненависти к множеству вещей, он был готов излить свою ярость на все человечество, которое не понимало, не ценило и даже преследовало его»

Его главной отличительной чертой была способность ненавидеть.

Эмоциональная искренность, которая по убеждению многих отличала Гитлера от других ораторов, является обязательной составляющей харизматического магнетизма.

Человек — животное общественное. Мы хотим принадлежать кому-то или чему-то. А потом жизнь нередко устраивает нам настоящий ледяной душ. И только понимание того, как именно люди, ищущие власти, пытаются влиять на нас и как часто мы сами способствуем манипулированию собой же, позволит осознать ту опасность, которая грозит нам если мы, отбросив здравый смысл и здоровый скептицизм, возлагаем все свои надежды на харизматичного лидера.