The Shepherd

Ему всегда очень нравились наполненные действием кинофильмы и короткие яркие фразы их героев.

Правильно говорят, подумал Маркус, что не узнаешь, как быстро бегаешь, пока не придется уходить от погони.

По его венам разлился адреналин — тот самый, который порой помогает женщине приподнять машину, чтобы освободить попавшего под нее ребенка.

— Вы напоминаете мне моего мужа. Ему тоже всегда нужно было быть героем, и он не понимал главного, как и вы. Дело не в победе или поражении. Важно только то, как человек ведет себя в экстремальной ситуации.

— Я не убийца.
— Все убийцы так говорят.

— Не знаю. Просто мне кажется немного странным тот факт, что всего за два дня после переезда новичок укладывает в больницу двух парней и случайно обнаруживает совершенное убийство. Похоже, вы очень невезучий?

— Вы спрашиваете у льва, почему он ест мясо? Почему трава зеленая, а небо голубое? Некоторые вещи просто такие, какие есть, поэтому и я такой. — Акерман встал и подошел к кухонной стойке.

— Через Господа нашего ты можешь обрести покой, но тебе нужно самому захотеть этого.
— Я не верю в вашего бога. Мне не нужны ни ваши небеса, ни ваш ад. Я только очень хочу спать. Хочу тьмы. Забытья. Сделать так, будто я никогда не существовал.

Когда он был моложе, опасность и скорость были источником возбуждения и даже нравились ему. Однако позже, осознав последствия прыжка вперёд головой, он стал относиться к скорости с осторожностью. Большая скорость была предвестником более сильного удара. А уж удар никак нельзя было назвать чем-то забавным.
Со временем, когда он стал всё чаще задумываться о смерти, скорость перестала доставлять ему удовольствие и начала пугать его.

Без злодеев герой остаётся простым человеком, ничем не выделяющимся среди других людей. То, как мы реагируем на злодейство, делает или не делает нас героями.