На лезі клинка

— Кто станет биться со мной? — вскричал великан, вытягивая шею с выступившими толстыми веревками жил. Его голос терзал слух.
— Ты?
— Вообще-то я не против, но сегодня вечером я ужасно занят. Может быть, лучше завтра?

Под одеждой скрывается очень многое. Оставь человек одежду, и ты оставишь ему гордость, достоинство и все прочее.

Мысли одного человека стоят не меньше, чем мысли другого.

Надо просто жить дальше. Так Логен поступал всегда. Это следующая цель сразу после того, как ты сумел избежать смерти, и не важно, заслуживаешь ты жизни или нет. Ты вспоминаешь своих мертвых, говоришь о них несколько добрых слов. А потом продолжаешь жить и надеешься на лучшее.

- Никому больше нет дела до прошлого, - прошептал он. - Они не видят, что без прошлого нет будущего.

- Древнему закону? Инглия - это часть Севера. Две сотни лет назад там жили северяне, и жили свободно. Вам понадобилось железо, поэтому вы переплыли море, перерезали всех и украли их землю! Или это и нужно называть самым древним из законов: сильный берет у слабого то, что хочет? - Его глаза сузились. - Такой закон у нас тоже есть!

Я снова победил. И что, у меня меньше болит нога? Может, у меня снова выросли зубы? Помогло ли мне то, что я уничтожил человека, которого когда-то звал своим другом? Зачем же я делаю это?

Дерево крепко настолько, насколько крепки его корни, а знание - корень могущества.

Если ты отправляешься с кем-то в дорогу и собираешься сражаться с ним на одной стороне, хорошо бы сначала поговорить и посмеяться вместе, если получится. Так приходит понимание, а затем и доверие. Доверие связывает людей, а там, в диких местах, оно помогает отделить жизнь от смерти. Чтобы завоевать доверие, требуются время и усилия.

Иногда слабость - более надежный щит, чем сила.

На самом деле жизнь — это битва не между хорошим и плохим, а между плохим и наихудшим.
Иосиф Бродский

Все так, как оно есть.

Удивительно, к чему только люди не привыкают.

Турнир может выиграть любой дурак, но настоящие солдаты рождаются именно на войне.

Быть частью публики или частью самого зрелища - между этими состояниями лежит целый мир.

Он давно понял, что великие бойцы хороши только для одного дела: для боя. Для всего остального, особенно для ожидания, они ни к черту не годятся.

Я старомоден - предпочитаю говорить с головой лошади, а не с её задницей.

Со временем приучаешься ценить такие мелочи, как сухие сапоги. Ты ценишь их, когда у тебя нет ничего другого.