Цитаты из книги Pieśń syreny

— Я же не прошу много. Один или два клочка земли. Ну и, может, поцелуй.

Ни капли не обиженная, Лира пожимает плечами, и я гадаю, чем же можно задеть ее за живое. Она отмахивается от каждого замечания, как от досадного пустяка. Будто у нее есть дела поважнее, чем переживать о том, что там думаю я или моя команда.

— Мне нужно, чтобы королева Галина мне доверяла. И твое присутствие там не поможет. — Почему? — Потому что дипломатам никто не доверяет.

Я направляюсь в "Счастливый случай". Мы останавливаемся там всякий раз, когда оказываемся в Эйдиллионе, потому что это сразу постоялый двор и таверна, а на свете не так много проблем, кои нельзя решить сном и ромом.

За его спиной непоколебимые стражи - Кай и Мадрид. Меньше суток на корабле, а я уже знаю, кому принц доверяет больше всех. То есть знаю его величайшую слабость.

Капитану не дозволена такая роскошь, как чувство вины.

— Сыграть не хочешь? — поднимает на меня взгляд Мадрид. — А то Торик — жалкий неудачник. — А ты жухало, — парирует Торик. — У нее карты в рукаве. — Если в моем рукаве что и припрятано, то только сноровка и талант.

— У меня есть план, и сейчас тебе нужно просо верить. — Вот только твои планы всегда заканчиваются шрамами. — Дамы обожают шрамы.

Преданность мне не внове. В глазах придворных я вижу лишь бездумное поклонение, рожденное незнанием лучшей доли. Для тех, кто никогда не сомневался в причудливом порядке вещей, это естественно. Но преданность, с которой смотрит на меня сейчас команда, я заработал. а вместе с ней словно заслужил право вести их к любой судьбе, какую только сочту подходящей.

— Элиан, — зовет Амара куда тверже. — Принцессе не пристало бегать. А если пристало, то это первое, что я запрещу, коли стану королевой.

И все же золото взял. Он многое брал просто потому, что мог.

Поразительно, как быстро испаряется доброта.

— Но ты осталась здесь. — Дом отыскать нелегко.

Кости мои ломаются и перестраиваются. Кровь льет из ушей и рта, разъедая кожу. Жабры. Хвостовой плавник раскалывается, разрывая меня точно посредине. Разбивая меня пополам. Чешуя, некогда мерцавшая, будто звезды, облетает в мгновение ока, а в моей груди зарождается незнакомая пульсация. Словно тысячи кулаков бьют меня изнутри. Я хватаюсь за грудь, впиваюсь ногтями, пытаясь вырвать из себя эту штуку. Вызволить ее. Пойманную в ловушку и так отчаянно жаждущую свободы — вон как колотится.

Мы не наивные юные наследники, из которых можно лепить что вздумается. Мы воины. Мы властители.

Убийцы не в силах отменить смерть, но в силах найти новую добычу. Начать причинять совсем иную боль.

В этой войне мы расходный материал. Каждая легко заменима. Даже я. Вероятно, особенно я.

Со временем я забыла, каково это — быть слабой. А теперь, застряв в чужом теле, вспомнила. Из нелюбимого оружия Морской королевы я превратилась в существо, которое даже защитить себя не может. В чудовище без клыков и когтей.

Любовь — в океане нечасто встретишь это слово. Оно рождается лишь в моей песне да на устах убитых мною принцев.

Принц может позволить себе роскошь быть благоразумным, но не пират.