— Интересно, мы бы поладили с Рышо, если бы он выжил?
— С твоим братом?
— С моим братом-призраком. Он погиб до моего рождения, ему было всего лет пять. Мои родители не могли поверить, что он умер. Они цеплялись за любые слухи, объехали половину приютов в Европе. Я почти не думал о Рышо в детстве... Для меня он оставался размытой фотографией в родительской спальне.
— А я-то удивлялась, как ты так сильно изменился с детства, думала, это твое фото.
— В том-то и дело. Родителям не нужно было мое фото... Ведь вот он я живой! Фото не закатывала истерик, не попадала в неприятности... Она была идеальным ребенком, а я — занозой в пальце. У меня не было шансов.