Цитаты из книги Маг

Обдумав эти слова, она снова посмотрела на меня. - Умеешь ты уходить от ответа. - Я рад, что мы здесь. Ты молоток, Келли. - А ты ублюдок, Эрфе. Но видно было, что она польщена.

Я перевел взгляд на дорогу, но она все смотрела на меня, и я не смог отмолчаться. - Придется тебе платить за осмотр. - Ты прекрасно выглядишь. - Ты меня не слушала. - Еще как слушала! - Пялишься тут. Кто угодно психанет.

Ненавижу города. И самолеты. Хочу в Ирландию, в хижину.

Рассказ напоминал биографию, а не автобиографию.

Я был как лунатик, проснувшийся на самом краю крыши. Женитьба, обустройство - нет, к этому я не готов.

Внутри был полный полумрак, отовсюду шибало ладоном; иконостас, угрюмые лики святых в дымчато-золотых окладах, - они смотрели на меня сверху вниз, точно недовольные вторжением чужака в свой мир, в свой склеп, где хранятся мощи Византии.

Все - и вы, и я, и различные божества - рождены случайностью. Больше ничем. Чистой случайностью.

Десять бы рук, а не две...

...нравилось мне в них совсем не то, чем они сами гордились.

Я - единственный мужчина, на которого они тут могут положиться; в первую очередь им не амуры мои нужны, а помощь и сила.

По-моему, 25 - наиболее трудный и больной возраст. И для тебя, и для окружающих. Ты способен соображать, с тобой общаются как со взрослым. Но бывают встречи, который сталкивают тебя в отрочество, ибо тебе не хватает опыта, чтобы постичь и усвоить их значение.

Людям, чей жизненный опыт сходен с нашим, трудно не доверять.

И познает любовь не любивший ни разу, и полюбит тот, кто уже отлюбил.

Меня трепала бессонница, и однажды ночью я сочинил длинное послание Алисон, где пытался объяснить, что со мной сталось <...> Но даже тут ввернул пару укоряющих фраз, ибо убедил себя, что последним и худшим моим грехом был отъезд. Надо было жениться на ней; по крайней мере, приобрёл бы попутчика в этой пустыне. Письмо я не отправил, но снова и снова, ночь за ночью, думал о самоубийстве.

Я заплыл чуть дальше от берега, но попал в струю холодного течения, отпрянул - и сразу увидел ее. На краю скалы ядах в ста восточнее стояла девушка в светло-розовом летнем платье; даже в густой древесной тени она приковывала взгляд с какой-то роскошной неотвратимостью.

- Как я виноват! Просить, чтоб ты три дня цацкалась с мертвецом! - Которого я любила, когда он был жив.

Завтра познает любовь не любивший ни разу, и тот, кто уже разлюбил, завтра познает любовь