Робин Гуд

- Ох, и хорошо же пахнет! - великан блаженно потянул носом. - Робин, если я съем половинку, ты не назовешь меня обжорой?

• Только если съешь и вторую! - подавился смехом Робин.

...чтоб ему икалось в седле, на полном скаку!

Любить – это прежде всего понимать, что нужно тому, кого ты любишь.

После крепкого, как обморок, сна голова какое-то время гудела, будто в нее ненароком залетели пчелы, а мысли долго не становились ясными.

Свинцово-синий горизонт перечертили одна за другой две молнии, и следом дважды грохотнул гром. Но прозвучал он уже не грозно, почти лениво, давая понять, что гроза уходит и его дело – просто дать ей отбой.

А этот мерин верно служит нам уже почти двадцать лет, и, уж поверьте, мессир, не издохнет, покуда не довезет нас, куда надо – у него совесть есть!

– А что если на этой проклятой мельнице скрывается не только воровка, но и целая шайка разбойников?
– Шайка разбойников тут и точно скрывается, сэр! – пробасил из-за плеча рыцаря Кристиан. – Целых пятеро. Старшему тринадцать, младшему четыре. И еще одна сопливая разбойница сопит в люльке.

Принцу как-то передали, будто его матушка однажды в сердцах обронила: «Если бы Джон просто не любил всякую работу, то и пускай его. Но при этом он всей душой любит власть! Неужели не понимает, что тяжелее работы не бывает?»

– Я вам не верю! – воскликнула девочка с той же непосредственностью, которая так изумляла в ней шерифа.
– Не веришь, что целых два короля имели глупость на мне жениться?

Ну, почему женщины не слушаются мужчин именно тогда, когда так важно повиноваться беспрекословно? Почему воображают, что могут помочь, если от них в бою одна помеха? Только об этом теперь и думай…

– Этот человек тебе знаком. Ты его едва не ограбил.
Робин посмотрел на брата с упреком:
– Эдвин, нельзя ли уточнить? Если я сейчас начну припоминать всех, кого ограбил, а тем более, едва не ограбил…

Да, плевать вашему Робину и всей его своре на добрую славу! – голос рыцаря дрогнул от негодования. – Если им хочется украсть, они крадут и всегда придумают, почему тот, кого они обчистили, плохой. Не может быть благородного разбойника, как не бывает волка, который бы не жрал мяса в постные дни!