А только что небо было голубое. Тексты об искусстве

В первый раз слышите? Естественно. Но сегодня это не важно. Моя задача в том, чтобы вы его больше никогда не забыли.

Продолжим тему мифологии: если Берлин - незаконнорожденный сын греческого бога и человека, то его отцом был, скорее всего, Дионис, а матерью - секретарь профкома западноберлинского паспортного стола.

Однако цитирование — это всегда акт насилия: оно вырывает фрагмент из структуры, представляющей собой целостность.

Энди Уорхол сумел сделать то, что не удавалось никому: взглянуть из будущего на настоящее.

Наше вялое, усталое время подвержено невротическому циклу булимии: безудержное глотание и выплевывание искусства, литературы и репутаций стало главной метафорой культуры. Наше счастье, что хотя бы юбилеи и годовщины иногда дают повод ненадолго задуматься и пожевать.

И каждая эпоха обнаруживает новые фундаменты — потому что хочет жить в новых домах. Именно поэтому не только можно, но и нужно постоянно обновлять взгляд на историю, в том числе на историю искусств.

Довольно логично, что я начал писать об искусстве в газете ≪Frankfurter Allgemeine≫ — чтобы приблизиться к своему кумиру если не через экзегезу, то хотя бы через парафраз.

Великий кинопродюсер Сэмюэл Голдуин говорил, что "начинать нужно с землетрясения, а потом напряжение должно нарастать".

Рене Декарт сказал, что если можно философствовать об облаках, значит, можно размышлять и о любых других вещах, потому что облака воплощают самую крайнюю форму неуловимого.

Вера в себя всегда должна сопровождаться недоверием к себе.

Если можно философствовать об облаках, значит, можно размышлять и о любых других вещах, потому что облака воплощаются самую крайнюю форму неуловимого. (с) Рене Декарт

... искусство служит не для того, чтобы иллюстрировать естественно-научные концепции, пусть даже их автором будет наш господин тайный советник собственной персоной [Гёте].

"Только один знаток искусства ни разу не опозорился: он был немой и не умел писать" (с) Макс Фридлендер

На примере итальянского барокко с помощью огромного числа источников Хаскелл показал, насколько наивной является вера в неограниченную фантазию художника и насколько определяющими для многих центральных произведений мирового искусства были желания и вкус заказчика.

Гирке пишет такие легкие картины, что даже незаметно, как они тяжелы.

Стыд – известная причина частичной амнезии.

И каждая эпоха обнаруживает новые фундаменты – потому что хочет жить в новых домах. Именно поэтому не только можно, но и нужно постоянно обновлять взгляд на историю, в том числе на историю искусств.

Современность всегда слепа на один глаз. Причем на тот, который смотрит назад.

А вот второе свойство вкуса, делающее его таким опасным: приходится признать, что оценка произведения искусства, которую ты считал в высшей степени индивидуальной, как правило отражает коллективные представления. То, что кажется личным открытием, обычно представляет собой эстетический групповой тур. Именно эта скрытая, но сильная зависимость от вкуса в каждом отдельном суждении об искусстве что прошлого, что настоящего делает эту категорию такой интересной – и объясняет протест против нее.