Свои погремушки

Он уже сел за руль и хотел включить зажигание, как вдруг на лобовое стекло сел… попугай, размером с голубя, желто-красный! Егор выскочил, схватил попугая, а тот больно клюнул его в руку. Но Егор не выпустил птицу, а вернулся в машину.

– Ты чего клюешься? Больно же! Откуда ты взялся? В окно удрал? И что мне теперь с тобой делать, скажи на милость? Стоп! Я знаю! Ты поедешь со мной в Питер, к Василисе! Ты же такой красавец, просто загляденье! Может, еще и говорящий? Ладно, посмотрим, но для начала купим тебе клетку! Поехали!

Зоомагазин находился на соседней улице. Егор купил красивую клетку, корм, мисочки.

– Только газированную воду птице не давайте! – напутствовал его продавец.

– Я и сам ее не пью! – буркнул Егор.

Он поставил клетку на сиденье рядом с собой и закрепил так, чтобы ее не очень качало.

А ведь это к счастью, сообразил вдруг Егор. Чтобы именно на мою машину посреди зимы сел такой красивый, желтый с красным попугай. Это несомненно к счастью!

– Вот что, птица счастья, это здорово, что ты ко мне прилетел. Есть с кем поговорить по дороге, хоть ты, может, и не говорящий… Но красавец! Знаешь, я понимаю, будет ох как непросто, очень уж все запуталось и переплелось… Но все-таки мы все – и я, и Злата, и Мигунов с Васькой – в принципе нормальные люди, и все у нас должно получиться… Тут, знаешь ли, на любви все замешано. Будем дружить семьями!

Попугай молчал.

Егор тоже умолк, задумался. И вдруг попугай произнес:

– Будем дружить семьями! Будем дружить семьями!

Егор счастливо засмеялся.

– Спасибо за поддержку, попка, ты совсем не дурак!

– А ты не простишь Дениса? Говорят, жены часто прощают измену мужа.

– Ох, Васька, это все очень сложно. А ты хотела бы, чтоб я его простила? И мы по-прежнему жили втроем?

– Я? Нет, наверное. Хотя мы неплохо жили. Но я никогда уже не смогу ему доверять. Скажи, а ты знаешь, кто эта… его девушка?

– Знаю. Но это неважно. Понимаешь, Васька, я вдруг осознала, что просто больше не люблю Дениса, – с горечью прошептала Злата.

– Да… дела… Тебе от этого кисло, да, Златочка?

– Вот если бы тебя у меня не было, наверное было бы совсем хреново, а так… Понимаешь, мне страшно важно чувствовать себя кому-то нужной, а раз я нужна тебе, значит, не о чем горевать.

– А мне кажется, что сейчас больше всех ты нужна именно Денису, потому что… потому что он слабак!

– Вон как ты рассуждаешь, я бы сказала, не по-детски. Я как-то так не думала о нем, но недавно мне один человек сказал то же самое.

– Да, и, между прочим, наш с ним папаша тоже типичный слабак. Думаешь, я не понимаю, почему он слинял в Испанию? Из-за меня. Извини, но он мне не понравился. Совсем.

– Григорий Романович в принципе хороший человек…

– Так и Денис в общем-то хороший… в принципе, но оба они… я недавно видела в старом фильме… словом, оба они не орлы! Ты помнишь это кино?

Злата ахнула от изумления и бросилась обнимать Василису.

– Ах ты моя умница, действительно, они совсем не орлы!

И обе уже смеялись в голос.

Денис много знал об истории города, показывал сестре здания, построенные великим Гауди, в искусство которого был просто влюблен.

– Знаешь, Васька, мне было лет тринадцать, ну чуть больше, чем тебе сейчас, и отцу кто-то привез из Испании альбом Гауди. Я рассматривал фотографии этих волшебных домов и мечтал, что увижу все это своими глазами. Даже думал поступать в архитектурный, но потом понял, что на Гауди я не потяну, а тогда зачем? Но при первой же возможности махнул в Барселону, боялся страшно.

– Чего ты боялся?

– Боялся, что разочаруюсь, увидев все воочию.

– Почему боялся?

– А был у меня такой опыт, – засмеялся Денис.

– Ты о чем?

– А я на втором курсе увидал у одного парня глянцевый журнал с невозможной красоткой на обложке. Просто само совершенство, как мне показалось. И выяснилось, что это родная сестра того парня. Я буквально встал на уши, чтобы с ней познакомиться.

– И что?

– Все оказалось далеко не так прекрасно. Умелый грим, свет, к тому же девушка оказалась на редкость фотогенична, а в реальности… Пшик! Вот этой-то реальности я и боялся. Но тут все оказалось, как говорится, на чистом сливочном масле…

– Поняла! – кивнула Василиса.

– Я был уверен, что поймешь. Ты же у нас умница!

Он ездил повидаться со старым другом, живущим в Финляндии. Там была дивная природа, роскошная рыбалка, но в те две недели, что он там провел, чуть ли не каждый день шли дожди. И друзья решили на два дня смотаться на пароме в Стокгольм.

– Егор, ты когда-нибудь плавал на пароме? – спросил Степан.

– Нет, на таком не доводилось. И вообще в Скандинавии никогда не был. Я предпочитаю теплые края.

– А я вот помешан на северной природе, и дожди люблю…

– Ты художник, а я простой юрист. Люблю теплое море, яркие краски. Вижу, ты хочешь сказать, что я до ужаса примитивный тип.

Дождь лил как из ведра! Егор замер в растерянности. До машины было метров сто, а зонт остался в багажнике. Можно, конечно, добежать, но что за вид у него будет? А появляться там, куда он спешит, мокрой курицей не годится. Да хоть мокрым петухом – тоже не дело. А время поджимает. Дождь не ослабевал. Засада! Он увидел, что по ступенькам взбегает женщина под большим голубым зонтом с розовыми цветами. Один рукав ее костюма все равно был мокрым. Женщина, заскочив под козырек здания, стряхнула воду с зонта и вдруг протянула его Егору.

– Возьмите!

– Спасибо огромное! – обрадовался Егор. – Но как же вы?

– Надеюсь, когда я буду уходить, дождь кончится, – ослепительно улыбнулась женщина.

– Дайте ваш телефон, я верну!

– Да не нужен он мне! Я его терпеть не могу, такой безвкусный! А дома у меня еще пять зонтов! Берите, берите! Я же вижу, вы нервничаете, спешите, наверное. В такую дождину никто вас не осудит за эти цветочки!

Она сунула зонт ему в руки и вбежала в здание. Раздумывать было некогда. Егор побежал к машине под стопроцентно дамским зонтиком, но едва он плюхнулся на сиденье, как дождь внезапно прекратился.