Мы проиграли бой, а не войну.

В том-то и п проблема с усопшими - объясниться с ними начистоту невозможно. Оставалось лишь примириться с прошлым внутри себя, а её такие подвиги духа давались нелегко.

– Я думал, молния не бьет в одно место дважды.
– Очень тактично… Как бы там ни было, это не так. На такой работе, как у меня, люди превращаются в громоотводы.

Летая в стае, ты никогда не узнаешь, какой чудесный след оставляешь в небесах, и не увидишь ничего, кроме парящих перед тобой задниц.

Мы марионетки в чужом спектакле, и наш долг – заглянуть за кулисы.

Летая в стае, ты никогда не узнаешь, какой чудесный след оставляешь в небесах, и не увидишь ничего, кроме парящих перед тобой задниц. Проблема в том, что, когда ты пытаешься рассказать об увиденном, никто тебе не верит.

Нужно продолжать жить своей обычной жизнью, не слишком задумываясь о гипотетических напастях

• Вы тоже человек, - сердито сказал Эспозито.
  - Но не всегда себя им ощущаю.
  

Но где, как не в кофейне, спрятать кофейное зернышко?!

Данте постоянно разрывается между двумя мирами – нашим и тем, который видит только он. Когда он говорит об убийцах и лжецах, я ему верю. Когда речь заходит о заговорах, я доверяю, но проверяю. Но об остальном не знаю, что и думать.

Ты веришь, что полицейские должны исправить все зло на земле, а я считаю, что дело обстоит соверше-е-енно иначе

Теория заговора – пластырь, заклеивающий рану в нарративе мира, в котором мы живем

– Вы сумасшедший?
– Вообще то да, но не сегодня