Дневник Габриеля

Любое место можно превратить в ад.

Порой слова могут иметь ту же силу, что оружие.

Те, кто не может учить детей, преподают физкультуру, а те, кто не может преподавать даже физкультуру становятся директорами.

Почему нам никогда не хватает времени, чтобы правильно сделать действительно важные вещи, зато всегда хватает на то, чтобы оттачивать до совершенства всякую ерунду?

Бойся человека, который чего - то хочет слишком сильно.

Вера - это просто, это всего лишь разновидность страсти. Но истинная вера, с другой стороны, больше похожа на любовь. Вы верите во что-то, не требуя вещественных доказательств.

Мы все частицы одного огромного покрывала, нити которого вплетаются в наши жизни. Большую часть времени мы игнорируем это, притворяемся, что между нами не существует ничего общего. Мы причиняем друг другу боль, крадём, изменяем, обманываем, но достаточно одной секунды, чтобы напомнить нам об общности, связать нас. Это лишь миг, но он существует.

После взгляда следующее, что даёт ощущение жизни, - это прикосновение. От мягких пальчиков младенца до морщинистой и тонкой, как папиросная бумага, кожи бабушкиной руки. Руками мы держим, дотрагиваемся, творим и даже разрушаем. И когда наш голос дрожит или слов недостаточно, мы говорим руками.

Мне всегда казалось, что место преступления - одно из немногих в этом мире, которое стремится к абсолютной ясности. Возможно, вы и не найдёте доказательств немедленно, но всё, что преступник оставил после себя, так же чётко рисует картину содеянного, как если бы вы имели описание на бумаге. Кровь, кости, кожа, температура тела, волосы, волокна ковра, ДНК, траектория полёта пули, взломанный замок, угол раны, положение тела... Всё это говорит языком неоспоримой истины.

- Как можно гарантировать, что получишь именно тот результат, который хочешь?

• Очень просто, - буркнул Гаррисон, - просто исключить все остальные варианты.

Серийные убийцы не склонны к самоубийствам. На самом деле они обычно боятся умереть. И пока их не поймают, они будут делать всё, лишь бы выжить.

Террористический акт задумывается как политическое заявление, его цель - нанести максимальный урон. Это даёт нам возможность вычислить его [террориста] действия, поскольку мы знаем его цель. Серийный убийцы не имеет никакого отношения к политике. Для него убийство не есть средство достижения цели. Это сама цель.

Когда имеешь дело с извращённой психикой террориста, то всё ещё можешь найти зерно здравого смысла. Но соприкасаясь с потёмками души серийного убийцы, не жди ничего, кроме самых худших ночных кошмаров.

- Да, возможно, я и обманула надежды своей дочери, но зато ты её предал.
Он посмотрел на меня с вызовом, как в тот момент,когда мы защёлкнули на его запястьях наручники.

• Я сделал это, потому что во что-то верил. А у вас какое оправдание?

• Любовь. Слепая любовь - моё оправдание.