Последний заезд

— Может, в этой части с орлом и койотом есть доля правды, — сказал Джордж, — но Святой Дух не посещает пьяных индейцев в канаве, в Якиме, штат Вашингтон. И на барабане не играет.
— Думай как хочешь, — сказал Сандаун. — Монтаник все равно пастор.

Но когда Готч поднял веки, бесстыжая красотка все еще зырила на него, небрежно обмахивая веером свой богатый фасад, - и скучающий вид был у нее.
Ой-ой-ой, - забеспокоился Джордж у меня за спиной. - Эта женщина дикобраза пнет босой ногой.

Публика любит, чтобы её подвели к самому краю опасной бездны, поглядеть в неё, пока дрожь не проберёт, а потом - чтобы благополучно отвели от страшного.

При виде меня глаза стали красными, бешеными. Он повернул башку в другую сторону и, честное слово, откусил еще часть от короткого своего хвоста. От этого еще больше рассвирепел — настолько, что лягнул себя в челюсть. Зубы полетели во все стороны, и он помчался сумасшедшим галопом, ослепнув от ярости. Налетел мордой на столб. Я решил, что наилучшая тактика — не мешать ему, и пусть сам себя убьет.

Зрители теперь так же возбуждены, как кобыла, силятся вообразить брачные клятвы, которыми обмениваются там, у освященного кровью алтаря. «Ты, Сандаун, берешь эту кобылу?» «Ты, Спираль, берешь этого всадника?» Человек и лошадь одновременно кивают. Сдерживающую веревку выдергивают с одной стороны, повязку на глазах сдергивают с другой. «Объявляем вас ковбоем и мустангом. Пусть брыкается!»

Я спросил, где самое больное место.

• Гордость - а ты как думал?

Никто не может научится опыту, пока на опыте не узнает, чему он учится.

Помните детскую сказку, как Ветер заспорил с Солнцем, что он сильнее. В доказательство он пытается сорвать плащ с пилигрима. Пилигрим только плотнее закутывается в плащ. Тогда выходит Солнце и греет, так что человек сам снимает плащ.

Старость - большая досада. Просыпаешься однажды и выясняется, что ты просто-напросто старая торба, набитая воспоминаниями и недомоганиями.

Прямое и честное приносит деньги, а всякий непорядок напоминает нам, что когда-то все было в беспорядке и опять может стать таким, диким и неукрощенным, если не позаботимся.