Последний заезд

— Я уснул на железнодорожных путях в Уолла-Уолла. Очнулся — правой руки нет. Повезло, однако. Я левша.
Я мог представить себе другие варианты везения, но не решился о них говорить.

Все на свете случайно. Фокус в том, чтобы поверили, что это нарочно.

Порядочные люди в Теннесси косо смотрят на парней, попробовавших амур до венца. Хотя, если подумать… они косо смотрят и на парней, которые не попробовали его до венца.

Вред извне можно пережить, даже если он убьет тебя, но другой, нанесенный изнутри, убивает тебя, даже если ты продолжаешь жить.

Мой папа говорил: если надумал съесть арбуз, съешь арбуз

Посредственные наездники знают только кнут. Хорошие — и кнут, и пряник. У замечательных — три руки: в одной — поводья, в другой — хлыст, в третьей — сердце лошади.

Я рассказываю об этом, потому что придумал - и хочу поделиться своим открытием, - как понять разницу между правдивой историей и ложной. Правдивое чаще всего неопределенно, хлипко-расплывчато, а ложное по большей части доподлинно известно

Правдивое чаще всего неопределенно, хлипко-расплывчато, а ложное по большей части доподлинно известно.

...Хороший игрок в покер никогда не сопьется до того, чтобы перестать выигрывать.

"Может быть, мы всегда воспринимаем себя такими, какими были в короткий полдень славы, а не такими, как в долгие сумерки после заката."

Я положу ее тебе в руку на счастье. Вот, хорошо! Сожми кулак покрепче. Она немного согнутая, но разве все мы не такие?

Так драма завершилась полусчастливым концом, приправленным печалью и сдобренным иронией. Злодеи потерпели поражение, их последняя низость превратилась в радостное событие благодаря Надин Роуз и ее фокусу со шляпой. Так или иначе, почти все были довольны. Дельцы были довольны тем, что с ситуацией справились так четко и быстро. Работяги - что с человеком, стоящим еще ниже их в обществе, могут обойтись справедливо в этом Северо-Западном Краю Возможностей, Открытых Для Каждого.

Один из рассказчиков сказал, что выглядело это так, как будто большой розовый паровоз наехал на маленького бурого мишку, который решил позагорать на рельсах. Но, к удивлению самого паровоза и зрителей, мишка не двинулся с места. Он обнял нападавшего нежным медвежьим объятием, поднял в воздух, бережно опустил на брезент и убрал руки. Стадион онемел.

Жилище Джорджа выглядело так, как будто сюда заглянул торнадо и устроился со всеми удобствами.

[...] солнце плюхнулось за горизонт, как желток большого яйца.

- Эти вигвамы - совсем как люди, которые в них живут, правда, мистер Готч? Нипочем не отличишь их в потемках.

- В следующий раз я, пожалуй, поверну коня задом. Может, он быстрее побежит, если будет знать, где был, а не куда торопится.

- Конечно, никто не может научиться опыту, пока на опыте не узнает, чему он учится. Даже любознательный юный южанин.
Я возразил, что многое узнал не из опыта. О Гражданской войне, например, из семейных преданий. О Лондоне - из книг Чарльза Диккенса.

• Я не был в Англии, но знаю о ней. Так?

Дверь закрылась за ним, как страница книги.
Но на этом глава не закончилась.