Цитаты из книги Najdłuższa podróż

– Ты закончил свои дела?

– Я уже проверил стадо, наколол дров и съездил кое за чем в магазин.

– Спасибо, – сказал Люк. – Я наколю дров, пока София не приехала, если только для меня нет других заданий.

– Размер моей обуви — семь с половиной. В кладовке лежат мои старые сапоги, пусть твоя София возьмет их, если подойдут.

Возможно, он и впрямь был сумасшедшим, как считала София.

И разумеется, Люк пережил изрядное количество сотрясений мозга. Тем не менее большую часть жизни он ни о чем не мечтал так, как о новых выступлениях.

Потом мы побрели по парку, держась за руки и обсуждая наше совместное будущее.

Вскоре они уже стояли у дверей, и народу внутри было немногим меньше, чем когда София ушла. Но девушке показалось, что она отсутствовала несколько часов.

Люк запрокинул голову, словно ища ответ среди звезд.

– Не знаю, влюблялся ли я когда-нибудь.

– Если не знаешь, то, наверное, нет.

– Брайан играет в лакросс.

– И наверное, неплохо.

– Да, – признала София. – Но на роль бойфренда совершенно не годится.

– И ты все-таки провела с ним два года?

– Да, но… – Девушка подтянула колени к груди и обхватила их руками. – Ты когда-нибудь влюблялся?

– За тем забором можно срезать путь, – заявил он. – Там недалеко до моего фургона.

Несмотря на темноту, девушка чувствовала, что Люк разглядывает ее, хотя он и старался делать это незаметно.

А дальше бывает всякое. Несколько лет назад Люк выступал в Хьюстоне и оказался примерно в такой же ситуации.

Один орет, другой отвечает, напряжение нарастает, и в девяти случаях из десяти парень начинает распускать руки. Хватает девушку за запястье, за плечо. А дальше что?

Прошло несколько секунд, прежде чем Брайан распознал в этих словах угрозу, но уж точно не испугался.

Она подала документы в Уэйк-Форест просто так, по совету учительницы, хотя и понимала, что для нее это слишком дорого. Да София и почти ничего не знала про Уэйк-Форест. Она видела только красивые фотографии на университетском сайте. Но, к огромному удивлению девушки, она поступила именно в Уэйк-Форест и получила стипендию, покрывающую расходы на обучение, а потому в августе София села на автобус в Нью-Джерси и покатила в неведомый колледж, где ей предстояло провести следующие четыре года.

Она платила взносы и игнорировала сложившиеся внутри ассоциации группы, особенно те, которые полагали, что «Кси-омега» – это начало и конец всего сущего.

София молчала, и Марсия придвинулась ближе.

– Ну пожалуйста. Поехали с нами. Ты мне нужна.

Девушка вздохнула, зная, какой настойчивой та может быть.

– Ладно, я поеду.

– Послушай, моя обязанность как подруги помочь тебе оправиться от измены Брайана, – продолжала Марсия. – И вот я придумываю прекрасное решение всех твоих проблем – вечеринка с подругами вне кампуса, – а ты предпочитаешь торчать здесь?

– Ты продолжала встречаться с Дэвидом, когда я вернулся.

– Но за тот год, когда тебя не было, я подружилась с твоей матерью.

Никто не знал, вмешается ли в конфликт Америка, и общее настроение было мрачным. Несколько недель спустя Франция вышла из войны окончательно.