Цитаты из книги Malarz świata ułudy

Там, на холме, меня все сильнее охватывало ощущение какого-то всеобъемлющего счастья, проистекавшее, видимо, из твердой уверенности в том, что все мои усилия наконец-то себя оправдали; что годы тяжкого труда, мучительные, но преодоленные сомнения – все это было не зря; что в результате я достиг чего-то действительно значимого и высоко оцененного всеми.

Если твои убеждения достаточно глубоки, наступает момент, когда становится просто постыдно уклоняться от действий.

Молодые люди часто испытывают чувство вины, предаваясь удовольствиям, наверное, и я был таким же и считал, что проводить столько времени в злачных местах, тратить свое мастерство на воспевание вещей преходящих, почти неуловимых просто бессмысленно. Я считал это декадентством.

In any case, there is surely no great shame in mistakes made in the best of faith. It is surely a thing far more shameful or unwilling to acknowledge them.

For, as he pointed to himself, the likes of him and me, we have the satisfaction of knowing that whatever we did, we did at the time in the best of faith. Of course, we took some bold steps and often did things with much singlemindedness; but this surely preferable to never putting one's convictions to the test, for lack of will or courage. When one holds convictions deeply enough, there surely comes a point when it is despicable to prevaricate further.

... я вдруг почувствовал, как меня охватывает долгожданное чувство одержанной победы и удовлетворения. Трудно описать его точнее, ибо оно не походило ни на пьянящий восторг, не на обжигающее возбуждение, которое порой охватывает тебя, даже если победа твоя не так уж и велика. ... меня все сильнее охватывало ощущение какого-то всеобъемлющего счастья, проистекавшее, видимо, из твёрдой уверен в том, что все мои усилия наконец-то себя оправдали...

... мы с тобой оказались всего лишь обыкновенными людьми во время таких необыкновенных событий.

Дело художника - стараться уловить красоту всюду, где он ее обнаружит.

Всегда ведь, когда пересказываешь чьи-то слова, они становятся куда более похожими на твои собственные...

Самая изысканная, самая хрупкая красота, которую художник может только надеяться уловить, расцветает как раз в таких вот чайных домиках с наступлением темноты. И в такие ночи ... красота эта, проплывая над миром, может порой заглянуть и в наши жилища.

Но отчего-то художнику всегда особенно дороги его ранние произведения.

... при многократном повторении любой рассказ неизбежно начинает жить своей собственной жизнью.

... рабочие, неторопливо осуществляющие некий бесконечный государственный план...

... странные темные гроздья на верхушках столбов - это птицы, весьма неудобно устроившиеся там на ночлег и словно ждущие, когда же снова будут натянуты пооаода, на которых они когда-то сидели, как ноты на нотных линейках.

... сейчас так редко можно найти селовекп, не отравленного цинизмом и горечью.

Это был один из тех редких моментов в нашей вечно занятой и суетной жизни, которая не дает возможности остановиться и оценить сделанное, когда перед тобой внезапно как бы высвечивается весь пройденный путь.

Ведь мы тогда действовали во имя того, во что свято верили, и отдавали этому все свои силы.

В молодости многое кажется скучным и безжизненным. Но потом, становясь взрослым, вдруг обнаруживаешь, что именно эти вещи и являются для тебя самыми важными.

...если при нынешнем положении дел внимательно слушать все, что вам говорят другие, то всегда можно уловить в их речах оттенок горечи.