Цитаты из книги Piruka magus põhi

Миссис Мюллет принесла тарелку печенья и задёрнула занавеси. Фели сидела на кушетке, разглядывая своё отражение в чайной ложке, а Даффи растянулась в старом отцовском кресле у камина, она читала нам вслух из "Пенрода", книги, которую экспроприировала с полочки любимых детских книг, что хранились в гардеробной Харриет.

Моя кровь пульсировала, и краснота разливалась по лицу, которое, несмотря на прохладу, сразу стало горячим, как сковородка.

Он наблюдал за мной, как кот за канарейкой, когда они остаются одни дома.

Это была ложь, я сразу определила. Будучи искусной вруньей, я засекла верные признаки неправды, едва он успел её произнести: чрезмерные подробности, отстранённая манера изложения и попытка подать всё это в виде несерьёзной сплетни.

Я собиралась балансировать над пропастью и уже натягивала трико.

А мисс Офелия? Она продолжает раскрашивать лицо подобно Иезавели и любоваться своим отражением в чайном сервизе?

Кальдервуд Джейбс и ему подобные имели привычку внезапно оказываться на небесах, бросая на произвол судьбы выводок унылых дочерей. Разве я не лишилась уже одного родителя? Разумеется, отец не подложит мне такую свинью. Или подложит?

Природа одарила меня острым слухом; как однажды мне сказал отец, для владельца такого слуха шелест паутины звучит словно клацанье подковы о стену.

Отец любил марки больше, чем собственных отпрысков. Единственным созданием, которое он любил больше, чем свои хорошенькие клочки бумаги, была Харриет. И, как я говорила, она умерла.

Если бы Фели только знала, что помаду делают из рыбьей чешуи, думаю, что она бы менее охотно мазала рот этой штукой. Надо не забыть сказать ей. Я ухмыльнулась.

“Я подарила ему свою лучшую улыбку туповатой деревенщины.”

нет закона о сроке давности позора

Без мертвеца грядка с огурцами выглядела странно неинтересной — не более чем клочок зелени с кое-где сломанными стеблями и чем-то, подозрительно напоминавшим след от каблука.

Словно мячик на резинке, мои мысли прыгнули к одному зимнему дню.

Когда я хочу хорошенько подумать на свежем воздухе, я бросаюсь на спину, раскидываю руки и ноги звездой и смотрю в небо.

Не то чтобы я хотела драматизировать, но этой ночью я спала сном проклятых.

..переулок пах прошлым.

Когда я слышу эти звуки, мне кажется, будто я лечу по крутому восточному склону Гуджер-хилл, бегу так быстро, что ноги почти не чуют под собой земли, я кричу навстречу ветру, словно восторженная чайка.

«Между нами, девочками» меня доконало. Чересчур ласково и снисходительно. Что-то, не особенно благородное, поднялось из глубин, и я в мгновение ока превратилась во Флавию Мстительницу с Косичками, целью которой было вставить палки в колеса этой жуткой и неостановимой торт-машины