Võlukunsti tumedam pool

– Смерть приходит ко всем, — просто сказала она. — Я не боюсь умирать. Но боюсь умереть здесь, — она обвела рукой комнату, таверну, город. — Лучше погибнуть в бурном море, чем жить в болоте.

– Прошу прощения за всё, что натворил. Я не соображал, что делаю.
– Прошу прошения за то, что прострелила вас ногу, — легко отозвалась Лайла. — Я прекрасно соображала, что делаю.

– В преступлении нет ничего сложного, – улыбнулась она. – Люди воруют потому, что, когда берут чужое, что то при этом получают. Если они занимаются этим не ради денег, то, значит, ради власти. Нарушая правила, они чувствуют себя могущественными. Это знак протеста, – она отвернулась. – Кто то ворует, чтобы выжить, а кто то ворует, чтобы чувствовать себя живым. Все очень просто.

Лайла довольно долго общалась с бандитами и знала, что по-настоящему бояться нужно тех, кто держит пистолет непринужденно, словно родился с ним в руках.

Земле у тебя под ногами всё равно, что ты - будущий король. Воде в твоей чашке тоже. Да и воздуху, которым ты дышишь. Нужно говорить с ними как с равными, а ещё лучше - просить.

Для безумцев и слепцов время течет иначе.

Лучше погибнуть в бурном море , чем жить в затхлом болоте.

- Кто ты вообще?

- Монстр, - хрипло ответил Келл. - Вам... тебе лучше меня отпустить.

- Монстры не падают в обморок в присутствии леди.

- Леди не переодеваются мужчинами и не обчищают карманы, - возразил Келл.

- Кто ты на самом деле?

- Человек, привязанный к этой кровати, - чуть усмехнулся Келл.

Жизнь стоит того, чтобы жить, если она стоит того, чтобы её отнять.