— Потому что ты любила его. Объяснять странности в его поведении нормально. Любовь чудесна, но, как и в большинстве сил природы, в ней уживаются свет и тьма. Я считаю, что в некоторых случаях чем сильнее любовь, тем больше мы игнорируем то, что очевидно окружающим. Ты не видела признаков, потому что не могла. Дело не в твоей неспособности, а в самосохранении.
— Или отрицании, – фыркнула я.
— Возможно, – пожал плечами Томас. – Если бы ты приняла правду о брате, то была бы вынуждена столкнуться с собственной тьмой. Ты бы узнала, что твои нравственные нормы не определяются такими понятиями, как черное или белое, плохо или хорошо. Большинство людей избегают такой степени самокопания, которая заставляет осознать, что мы злодеи. Хотя бы отчасти. Но при этом в каждом из нас заложена способность быть героем. Мисс Уайтхолл может счесть меня злодеем за попытки разорвать помолвку, а ты за те же самые действия посчитала бы героем. На том или ином этапе мы все для кого-то герои, а для кого-то злодеи. Все дело в точке зрения. И это меняется так же часто, как фазы луны.