Последняя Академия Элизабет Чарльстон

– Вы же уважаемый профессор!
– Кто сказал?
Я помялась. И правда, никто не говорил…

Хельтруда Сомн если и была убийцей, то явно не девушек Фенира. Скорее наоборот, с ее подходом к жизни она бы всех мужчин поубивала, а оставшихся использовала, распределив по целевому назначению: для опыта, для удовольствия и для пользы.

– Прекрасное место, я вам скажу. Тихо и спокойно, свежо. Умиротворяет.

“Как на кладбище”, – добавила я мысленно.

Утро настало как всегда исподтишка. Ложился ночью, рассчитывая, что отдохну, но нет – оно явилось, засветив солнцем в левый глаз. И кажется, прошло не больше минуты!

Дальше пришлось будить Чарльстон, слушать ее скулеж и недовольство, возвращаться за урхином. Слушать его скулеж…

– Я – словно многодетная мать!

– Хоть бы все получилось, – причитала тем временем Хиткович. – Если подействует, то я стану даже более известной, чем моя прабабушка. Запатентую удобрение и буду жить в свое удовольствие. Мужчины мне для счастья не нужны. Я буду настолько независима и успешна, что они сами будут складываться у моих ног!

– Зачем? – фыркнула Виктория. – Они же не нужны тебе.

– Чтобы я брезгливо переступала через них! – радостно ответила Хельга.

Я вытянул руку вперед и призвал посох.

Боковым зрением заметил в руках брата такой же – он не призывал его вот уже… Сколько? Десять – пятнадцать лет. С тех пор как завязал с приключениями и решил идти по стопам отца в политику и серьезные дела. Дошел в итоге до ректора в Карингтонской академии, а потом и до кладбища с восставшим дохинай. А я всегда говорил, что оседлый образ жизни до добра не доводит.

Если в первые дни все разговоры были о восставших мертвецах, то спустя пару дней с начала учебного года темы сменились на повседневно-студенческие. А именно: о страданиях студентов от учебы.

– Дура! – Я не могла поверить, что ее волнует сейчас только кустарник. – Там же человек умер.

– Кто? – будто не поняла соседка.

– Фенир. Ты что, не видела? Он пожертвовал собой. Сгорел!

– Этот, что ли? – Хельга взглянула на меня так странно, и теперь я себя ощутила идиоткой. – Да что ему будет? Он же и в воде не горит, а и огне не тонет.

Ученье – свет? Может, и так, но основную массу знаний приходится впихивать в голову как раз в ночи.

Магия - не универсальная отмычка, мисс Чарльстон. Магия - это мухобойка, которая кроме навозных мух может прибить заодно и благородную бабочку.