Масть

Таковы люди — взывают к милосердию, будучи сами неумолимы, просят пощады, сами не будучи расположены никого щадить, источают свои слёзы, до того вызывая чужие.

Что ни умножай на нуль, всё одно получится нуль.

«Не составляй слишком подробных планов, они никогда не сбываются, обязательно в последний момент что-то пойдёт не так. Умнее будет держать нос по ветру, а поступать по обстановке».

"Может, старик всё-таки совсем съехал с ума? Между прочим, восемьдесят девять лет! Пускай телом он слегка за сорок, но прожитые годы никуда не деть! Наверное, всё-таки нельзя жить слишком долго, не вмещается накопленный опыт в мозги, начинает распирать их изнутри." (Андрей)

"Простой ли ты, Иной ли ты, оно без разницы, Андрюша. Левый ли, правый… какая у тебя масть, какая у тебя снасть – всё пустое. А вот благородство в луже утопить никак нельзя." (Отец Андрея)

"Отвечать я не стал. Просто глядел по сторонам – как одни сугробы сменяются другими, как заволакивают солнце сизые тучи, готовые разродиться новым снегом, как чернеет вдали кромка елового леса – точно одна-единственная строчка на белой бумаге. Чёрное на белом. Одна масть по другой масти, а вместе – получается смысл. Разобрать бы ещё какой." (Андрей)

"Но вот ведь какова натура человеческая… едва лишь удовлетворил я одно желание, как сейчас же овладело мною иное." (Андрей)

"Спали вы крепко, а он сказал, что выгнал из вас хворь, что к утру будете как огуречик. Я постеснялся, не спросил какой – свежий или солёный." (Алёшка)

"В общем, опьянели не столько даже от вина, сколько от кровавых испарений воли."(Андрей)

"Что, юнак, уставился, как баран на новый портал?" (Отшельник)

"Что тело? Одежда для души." (Андрей)

"– Про то мне неведомо, – вздохнула баба Катя. – Мало что о себе он сказывает. Бывал, говорит, и в шелках, и в лаптях, и в ферязи, и в клобуке, и в расколе, и в неволе…"

"Где ты вообще сих страшных сказок про нашу службу нахватался? Вот же горазд русский человек, услыхав что-то краем уха, в уме помножить на тысячу, да и вещать о том со знанием дела!" (Андрей)

"Такие страшные вести входят в душу медленно, не рассекая её клинком, а давя тяжёлым, неумолимым камнем. И в первые мгновения кажется, что ещё можно терпеть… хотя всё равно пронзает тебя пониманием: это случилось, и обратного хода нет." (Андрей)

"Судьба же горазда на иронию: когда разбойники совершали насилие, никто и не почесался выглянуть, но стоит благородному рыцарю спасти юную деву – непременно выползут и предположат самое что ни на есть гнусное." (Андрей)

"– Есть, Андрюша, вещи, которые не следует копать слишком глубоко, – нахмурился дядюшка. – А то и правды не доищешься, и вкуса жизни лишишься." (Дядя Яник)

"– А что тут поделаешь? Жить, – просто ответил дядюшка. – Если у супостата сила запредельная, с которой тебе вовек не сравниться, – значит выбрось его вообще из головы и живи как живётся. Там, где ты ничего не можешь, ты не должен ничего хотеть. И это не столь уж трудно." (Дядя Яник)