13 Little Blue Envelopes

Я отношусь немного романтично к старому Эмпайр-стейт. При одном взгляде на него хочется напеть мелодию Фрэнка Синатры и немного потанцевать.

Мне хочется последовать за ним. Оказаться там, где проходит его спектакль, и просто лечь на тротуаре снаружи, чтобы он споткнулся об меня. Вот такая я сейчас жалкая.

– Ты со мной только из-за денег?
Он выпрямился, скрестил ноги и посмотрел на нее:
– Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, что я заинтересован только в них?
– Не знаю. Поэтому и спросила.
– Деньги – это хорошо, – кивнул он. – Но ты мне понравилась, потому что сумасшедшая. И симпатичная. И очень адекватная для сумасшедшей.

– Что ты делаешь? – спросила Джинни.
– Танцую на могиле парня. Все всегда говорят, что станцуют на могиле, но никто никогда этого не делал.

Джинни было не просто преодолеть столь высокую преграду. Она никак не могла найти опору, чтобы оттолкнуться от нее, поэтому просто пыталась подпрыгнуть по выше и ухватиться за край забора. Взобравшись наконец наверх, она поняла, что теперь не знает, как слезть. Кит уговаривал ее просто прыгнуть, а уж он-то поймает. У него почти получилось. По крайней мере, он помог ей подняться с земли.

Конечно, Париж был восхитительным и солнечным. Но рюкзак был тяжелым, а задание – трудновыполнимым.

– Ты не должна плестись позади меня, – сказал он. – Мы очень развитая страна. Девушка может идти рядом с мужчиной, получать образование и тому подобное.

Я так сильно по тебе скучаю, что внутри у меня все болит.

Джинни всегда поражалась тому, что есть люди, которые не боятся предстать перед толпой и просто… говорить. Или петь, танцевать, шутить. Они могли, совершенно не смущаясь, выставлять себя напоказ.

Наличие таланта не делает человека творческой личностью. Нужно немного проницательности, немного удачи и силы воли.