Без сомнения, многими из наших добродетелей мы обязаны христианству, но также несомненно и то, что мы обязаны ему и некоторыми своими пороками. Любовь к себе - движущая сила каждого нашего поступка, основа человеческого характера, поэтому логично предположить, что она дана человеку как средство самосохранения. Но христианство считает эгоизм пороком. Оно определило, что человек должен любить не себя, заботиться и думать не о себе, а только о своей душе, и, заставляя его поступать наперекор собственной природе, вынуждает человека к лицемерию. Оно заставляет его ощущать чувство вины, если он следует своим природным инстинктам, и чувство обиды, когда на его глазах этим инстинктам следуют другие, пусть даже не за его счет. Если бы эгоизм не считался пороком, он казался бы не более предосудительным, чем закон всемирного тяготения; никто бы не ожидал, что его ближние станут вести себя вопреки собственным интересам, и то, что люди поступают эгоистично (как на самом деле они обычно и поступают), казалось бы совершенно разумным.