Рыцарь умер дважды

Мы где-то между пирующей смертью и дремлющей жизнью, и все, что удерживает жизнь в нас, ― крепленое вино, цветом в темноте неотличимое от крови

Я часто шучу, просто чтобы не спятить

Я не убью безоружного, какого бы цвета он ни был

Я никогда не пытаюсь непрошено заглянуть в чью-то душу, даже если душа обманчиво близка

Но я знаю: стезя веры сложна. Тем сложнее, если когда-то верил в другое

зачем нам вообще религия? Все просто: стержень каждого человека ― вера. Даже вера в то, что ты ни во что не веришь, ― очередная религия, не лучше и не хуже других. Стержень помогает не сломаться и не заблудиться, и лучше укреплять его с юных лет

Мы презирали излишества… но, несмотря на мир с соседями, не презирали кровь.

Я знаю: есть что-то злобное в богах-созидателях ― Разумных Звездах. Они, эти боги, могут смилостивиться, только если скалить зубы и отчаянно выгрызать милосердие прямо у них из глоток. И даже тогда милосердие будет иметь обратную сторону, острые края или слишком высокую цену

Это ведь в природе смертных ― хотеть жить, а не гнить в могиле

Так всегда: прежних властителей забывают, новые затмевают их. А если новых нет, настает хаос