Цитаты из книги Селфи на балконе

— Да где она нормальная? Ты её на том же рынке брала, где и пижаму ту ужасную?
— Ага. Скоро опять туда поеду. Язык твой длинный продавать. Его какие-нибудь ученые купят, чтобы яд с него сцеживать, а потом им крыс в подвалах травить.

Никогда не понимала людей, которые врут, чтобы казаться лучше.
Что им это даёт?

— Хочу понять, чем ты отличаешься от других.
Гнусный ответ, но зато честный.
— По рентгену — ничем. А вот по содержанию черепной коробки — всем.

— Красотка, привет.
Мимо меня проходит Суханов, здороваясь, не отрывая при этом взгляда от смартфона.
— Назар, стоять.
Он удивляется, но все же останавливается. Не раздумывая, хватаю его за локоть, и к окну веду, где людей поменьше.
— Рассказывай.
— С чего начать?
— С самого начала.
— Помню, темно было. Настолько темно, что я никого не видел, а только чувствовал. Все толкались, цеплялись, убивали друг друга…
— Чего? О чем ты?
— О зачатии. Сама просила с него начать.

— А я тебя удивляю?
Он кивает.
— Ещё бы. Ты как неизвестный мне фрукт, картинку которого я увидел, слюни пустил, а вот попробовать не могу, ведь у нас в магазинах его не продают.
— Может, тогда стоит слюни подтереть и забыть о нём?
— Смысл тогда жить, если придётся каждый раз забивать на желания?
Тяжело вздыхаю.
— Не всегда желания сбываются.

— Наталь… — Корнеев говорит тихо, что я еле слышу его голос. — Всё нормально?
Ммм…
Ну, здесь как сказать.
Я нахожусь в квартире Корнеева, со всеми вещами, и в данный момент иду жарить нам с ним картошку с луком.
Нормально ли у меня всё?
Да просто отлично.
Лучше не бывает.

Внимательно смотрит на меня, глазами играя. И ведь по лицу и не скажешь, что нагло врет. Только кто может поверить в этот бред? Да даже я понимаю, что если он захочет, то все вилки города сами к нему ползти начнут, и не только вилки. Все приползут. Кроме меня, конечно. Я единственной буду, кто его кобелиный зов не услышит.

— Какая ты кровожадная. Я уже испугался.
ПФ-ф-ф. Тоже мне. Это он меня еще кровожадной не видел. Вот если еще раз попробует лапы свои распустить, то вживую увидит, как свирепеет еж, и кидается на противника.

Буду я еще от Корнеева прятаться. Где это видано?
Плевать.
Носик кверху, грудь вперед, плечи расправлены. Я жираф, который никого под ногами не видит. Я мужественная слониха, которая не боится всяких там мышей.

Видеть Степашкину не хотелось. Она настолько сложный человек, что ее лучше употреблять дозами. Раз в год, например. А так как с ней только на днях уже встречалась, то боялась помереть от передоза.

— Они из-за тебя покалечат друг друга.
— Эти идиотки стул не могли поделить. Я здесь ни при чем.
— Деревянный, наверно. С тупым именем Даниил.

Так, меня как папа учил, перед тем, как в чужой город отправить? Если передо мной в парке или где-то ещё, появится извращенец в пальто, которое он моментально распахнет, то я должна буду ногой двинуть ему по Фаберже, а потом стартануть с такой скоростью, словно за мной бульдог бешеный несется.

— И что бы ты сделала? Одна, против всех. — Говорит Корнеев после секундной паузы. Он сканирует меня взглядом, давая понять, будто кишка у меня тонка, сражаться одной с армией Сарумана, когда противник превосходит в количестве и силе. Тут я с ним несогласна. Может, я и не маленький хоббит с кольцом всевластия, но надрать задницу оркам, точно смогу.

Может ли человеку так не везти? Может. Поверьте, может. Мне, вообще, кажется, что я инфекцию где-то подхватила, под названием неудачникус.

Даже если я отвезу ее в задницу мира, покажу направление, куда идти, она расценит это как что-то другое.

— Всё-таки можно было и моё подвенечное платье одеть. Ретро сейчас в моде, так по телевизору говорили. — Галина Николаевна, она замуж собирается, а не тюль на форточку вешать.

— Ты едешь знакомиться с ее отцом, который мастерски владеет оружием. Ты думаешь, я пропущу момент, как он тебя по гарнизону гонять будет? Неее. Никогда. — Кто гонять будет? — Кого гонять будут? Конечно, хорошо, что бабушки отвлеклись и спорить перестали, фигово, что они услышали Назара. — Понятно, почему ты их взял. Твои бабули и один прапорщик. Эх, бедный мужик. Дочь забирают, а он даже будущему зятю не сможет хвост открутить.

— Мы ничего не забыли, даже наоборот, взяли много ненужного. — О, это он про вас говорит Галина Николаевна.