Misery

Бывала ли я на их похоронах? Конечно, нет. Я считаю, что похороны — слишком мрачное, грустное зрелище. Кроме того, я не верю, что у новорожденных младенцев есть душа.

Ему хотелось, чтобы она ушла. Он ощущал ее присутствие как присутствие ангела смерти.

Боль в ногах возвращалась. Он подумал, что если нельзя бежать или поджечь дом, то разумнее всего вернуться к себе в комнату. Провал, конечно, но могло бы обернуться и хуже. Нельзя забывать об осторожности. Помнить, что он всегда рискует жизнью всякий раз, как покидает комнату, - недостаточно.

Есть судья, который выше вас всех, и пусть меня судит этот судья.

Говорят, сумашедший - еще не значит тупой.

Давайте я сменю ваше грязное постельное белье, а потом сменю вашу грязную натуру, а после этого, если вам не будет очень больно и вы все еще будете голодны, поджарю для вас тостик.

Боль помещалась глубже, под звуками. К востоку от солнца и к югу от его ушей. Вот и все, что ему было известно.

The sorrow is like a rock on the shoreline of the ocean. When one is sleeping it is as if the tide is in, and there is some relief. Sleep is like a tide which covers the rock of grief. When one wakes, however, the tide begins to go out and soon the rock is visible again, a barnacle-encrusted thing of inarguable reality, a thing which will be there forever, or until God chooses to wash it away.

It really isn't much work, as long as you don't let things pile up.

"-У меня тут лежит один парень , и выглядит он так,как будто на нем сплясал Кинг-Конг"

-Она умерла, - сказал Пол. - Я знал - я настоящий знал, - но всё-таки не мог по...
-Там много крови, битого стекла, жженой бумаги... - сказал Уикс. - Но в комнате никого нет.
Пол Шелдон поглядел на Уикса и закричал. Даже теряя сознание, он продолжал кричать.

Он заметил, что отчаянно кусает губы, и заставил себя прекратить. Значит, вот как сходят с ума?

Думаю, я убью тебя, Энни, подумал он и дружелюбно взглянул на неё.

Когда они приедут, ты опять будешь у себя в комнате, тебе будет хорошо и уютно, как клопу в меховой подстилке.

Его дурацкая улыбка сделалась ещё шире. Он подумал, что вот-вот можно будет вставить завязочки в уголки губ и сделать узелок на затылке, и всё старое дерьмо вытечет у него изо рта.

Она похожа на вдову, которая только что потрахалась после десяти лет полного воздержания.

Она думала, будто всегда знает, что делает, но это не всегда соответствовало истине.

Надо. Мерзкое ощущение, как от блевотины в грязном баре, великолепное ощущение, как после ночи с проституткой высшего класса.