Цитаты из книги Анжелика и султан

Порой самая худшая из пыток — это пытка неизвестностью.

Даже на краю могилы вы не позволите себе одеться как попало. Ах, эти француженки!…

— Человеческая воля есть оружие магическое и опасное, — сказал он.

''Вспомни меня, которая была когда-то твоей женой. Я всегда любила и люблю тебя.''

Она не знала, какие мысли скрывались за простодушным взглядом этих глаз. Отыскать дверь в мир детства, где так странно перемешаны неразумие и мудрость, ей было уже не дано.

Она испытывала сейчас такое же грустное и светлое чувство, как в тот день, когда Кантор попросил её отпустить его на войну, — вечное удивление всех матерей, вдруг узнающих, что их дети превратились в мыслящие существа и что мыслят они по-своему.

— Это очень важно, Дегре! — Ну, конечно, важно. Разве я вас не знаю? Понятно, что вы не станете беспокоить полицию из-за пустяков. С вами вечно происходит что-нибудь серьезное: то вас чуть не убили, то вы сами чуть не покончили с собой, а, может быть, вы решили покрыть грязью королевскую семью, потрясти королевство, поспорить с папой римским, мало ли что?..

Случай всегда приводит людей, склонных к приключениям, в одни и те же места.

Воля - это род магии, потому что она совершает насилие над природой. И что она опасна, поскольку результат обходится очень дорого и влечет за собой большие испытания.

Пепел вулкана разлетается повсюду. Он покрывает дороги, по которым давно никто не ходил...И следы тех, кто когда-то прошел, уже не найти...А я умру под этим пеплом.

Она сразу же смогла оценить внешность этих двух, таких непохожих людей, манеру держаться и занимаемое положение: султан и раб, и сразу же отдала предпочтение второму, сумевшему в таких ужасных условиях выстоять и не сломаться.

Она так устала душой и так разочаровалась во всём. Жизнь опустила её на общий уровень, откуда она безуспешно старалась подняться. Она была всего лишь простой женщиной, у которой не было иного выхода, кроме как принадлежать Мулаи Исмаилу или умереть из-за своего упрямства.

Ты переменчива, как море, и постоянна, как солнце. Ты похожа на всех женщин и вместе с тем тебя не сравнишь ни с одной. Ты священный сосуд, куда Создатель, кажется, влил все сокровища вечной женственности… (Анн и Серж Голон. Книга 4. «Неукротимая Анжелика»)

Даже на краю могилы вы не позволите себе одеться как попало. Ах, эти француженки!… (Анн и Серж Голон. Книга 4. «Неукротимая Анжелика»)

Она вспомнила, с каким трудом он говорил, какой у него хриплый голос, вызывающий дрожь. Она совсем не знала этого человека, но представляла себя лежащей на его груди, мечтала, чтобы он увёз её далеко-далеко отсюда. Кто же он? Путешественник, явившийся из неведомого царства, везущий с собой их будущее. Он спасёт её… (Анн и Серж Голон. Книга 4. «Неукротимая Анжелика»)

Он появится, худой, весь в чёрном, положит руку на её бедную голову, вынесшую столько унижений, и радость жизни снова вернётся к ней. Она добровольно пойдёт за ним и наконец-то сможет спросить: «Почему вы тогда в Кандии купили меня за тридцать пять тысяч пиастров? Я показалась вам такой красавицей, или вы, как Осман Ферраджи, узнали по звёздам, что мы созданы друг для друга?» (Анн и Серж Голон. Книга 4. «Неукротимая Анжелика»)

Она неотрывно смотрела на него. Так молятся, так просят Бога даровать жизнь. Она даже не знала, что её глаза лучились изголодавшейся нежностью, с какой обещают всё на свете. И по мере того, как взгляд Рескатора придавал ей силы, её обезумевшее сердце успокаивалось. (Анн и Серж Голон. Книга 4. «Неукротимая Анжелика»)