Цитаты из книги Остров доктора Моро

– Чего там, не стоит благодарности. Вы нуждались в помощи, а у меня была возможность ее оказать. Я сделал вам впрыскивания и кормил вас точно так же, как если бы нашел редкий экземпляр какого-нибудь животного. Я скучал и хотел чем-нибудь заняться. Поверьте, будь я не в духе в тот день или не понравься мне ваше лицо, право, не знаю, что было бы с вами теперь.

Бедные твари! У них есть то, что они называют Законом. Они поют гимны, в которых говорится, будто все принадлежит мне, их творцу. Они сами делают себе берлоги, собирают плоды, травы и даже заключают браки. Но я вижу их насквозь, вижу самую глубину их душ и нахожу там только зверя.

Они всегда твердили этот Закон и, как я увидел впоследствии, всегда нарушали его.

“Теперь он кажется мне самым глупым существом, какое я видел в жизни; он удивительнейшим образом развил в себе чисто человеческую глупость, не потеряв при этом ни одной сотой доли прирожденной обезьяньей глупости.”

“Они были загипнотизированы, им внушили немыслимость одних вещей и непозволительность других, и все эти запреты так прочно укоренились в их несовершенном мозгу, что исключали всякую возможность неповиновения. Однако кое в чем старый звериный инстинкт противоречил внушениям Моро. Множество запретов, называемых ими Законом (я их уже слышал), вступали в противодействие с глубоко вкоренившимися, вечно мятежными устремлениями животной природы.”

“Вы не можете себе представить, что значат такие вопросы для исследователя, какая умственная жажда охватывает его! Вы не можете себе представить странную, непонятную прелесть стремлений мысли.”

Я видел перед собой в миниатюре человеческую жизнь с ее переплетением инстинктов, разума и случайности.

Я потерял веру в разумность мироздания, когда увидел, что возможны бессмысленные страдания, царившие на этом острове. Слепая, безжалостная машина, казалось, выкраивала, придавала форму живым существам, и я, Моро (своей страстью к исследованию), Монтгомери (своей страстью к пьянству), зверо-люди со своими инстинктами и ограниченным умом – все мы вертелись и дробились между ее безжалостных, непрерывно движущихся колес.

Эти животные, лишенные всякого мужества, полны страха и страдания, у них нет даже искорки отважной решимости встретить боль лицом к лицу, – нет, они совсем не годились для того, чтобы создать человека.

Закон удерживал их от короткой борьбы и решительного конца.

Под внешней оболочкой скрывается зверь.

Мы любим Закон и будем соблюдать его, но теперь навсегда исчезло страдание, господин и хлысты.

Виктор Гюго рассказал нам об этом в своём „Человеке, который смеётся“. Надеюсь, теперь моя мысль вам ясна? Вы начинаете понимать возможность пересадки ткани с одной части тела животного на другую или с одного животного на другого, возможность изменения химических реакций, происходящих в живом существе, характера его развития, действия его членов и даже изменения самой сущности его внутреннего строения?

Физиология, химическое строение организма также могут быть подвергнуты значительным изменениям, примером чему служит вакцинация и другие всевозможные прививки.

Мне кажется, он думал, что истинное назначение человеческой речи состоит в бессмысленной болтовне.

Это простая случайность, как и все остальное в человеческой жизни....... только дураки не хотят понять этого!

Животное может быть свирепым или хитрым, но один только человек умеет лгать. Герберт Уэллс. Остров доктора Моро. ... Никто не сможет понять, каково это - Быть плохим человеком, Быть грустным человеком, Скрываясь за голубыми глазами. Никто не сможет понять, каково это - Быть всем ненавистным, Быть обреченным, Быть тем, кто может только лгать.