Цитаты из книги Годсгрейв

Слишком много книг. Слишком мало столетий.

Волк не жалеет ягненка. 

Буря не молит утопших о прощении.

Смерть - единственное обещание, которое мы все сдерживаем.

Покори свой страх — и сможешь покорить весь мир

–  На меня охотились целых восемь месяцев. Если я попадусь им в руки…
–  Эшлин, рук не хватит, чтобы пересчитать все болты, которые я на это клала.

- Признаю, план пошел немного... наперекосяк.
- Наперекосяк? Да его расхреначило, как дерьмо безумца по сортиру, Мия!

Не ищи себя  в глазах других. Поскольку то, что дают, могут и забрать. И что тогда останется?

Удар сердца, длиною в годы. Пустая вечность.

обещание жизни вместе. А ныне одиночество.

Вочно. 

"Всего лишь?"

На веки вечные.

...Он всегда говорил, что кровь пятнает сильнее, чем вино. Это значит, что семья может ранить тебя глубже, чем  кто-то другой. Но лишь потому, что она важнее, чем кто-либо другой. Когда ты говоришь с ней подобным образом, хоть Мия этого и не показывает, ты ранишь ее...

У страха есть свои преимущества.  Именно страх не дает тебе ввязаться в игру, в которой нет даже надежды на победу.

В глазах ребенка отец - все равно что бог.

А мать - сама земля под его ногами.

Мия была готова вскрыть себе вены, чтобы утопить  его в этой крови. Разбить себя на кусочки, лишь бы перерезать ему глотку осколками.

Порой прошлое не может умереть само. Порой его нужно убить.

Это была ярость ребенка, которого  предал тот, кто должен был любить его больше всего на свете.

Ярость сына, убитого собственным отцом.

Но перед ней стояла не просто детская басня. А старый друг - такой же настоящий, как сердце, бьющееся в ее груди. Юноша , который путешествовал с ней через ашкахскую Пустыню Шепота, который был ее союзником и напарником в испытаниях Красной Церкви, который делил с ней постель и прогонял ее кошмары в темное время. Ее первая настоящая любовь.

Убитая второй.

Но этим миром правят люди, а не божества. И несмотря на всю кровь, все смерти, все жизни, которые мы забрали во имя ее, она по-прежнему охренительно далеко.