Цитаты из книги Брак по-драконьи

- Пожалел магистр ребенка, – фыркнула Тень. – Вернее, дракон зайчонка. Наверное, сытый оказался.

– Как стоите… Ну как стоите… – огорченно посетовал Гортей. – Я же учил: видеть грудь третьего человека. А вы что? Адепт Фрасан…
– Но я вижу, – попытался возразить сокурсник.
– Это не ваша заслуга, Фрасан, а адептки Ройз, – хмыкнул магистр. – Ее грудь способен разглядеть даже последний и самый слепой в вашем строю.

Адепт Кехур! Чтобы избежать ранения, нужно не прыгать, как беременная самка богомола, а летать мухой… Мухой, вы меня слышали? И не сонной, а голодной и злой.

Магистр Мара, понимая всю ответственность и сложность возложенной на него миссии, страдал, морщился, глядя на наши потуги, но упорно продолжал драть три шкуры, обещая к выпуску сделать «из убогих калек почти нормальных людей".

Опять издевается, гаденыш. Нет, учитывая размеры его дракона, не гаденыш, а настоящий, полновесный такой гад

Тейдж неожиданно наклонился к самому моему лицу, лукаво шепнул:
– Попалась, ящерка…
И ко мне пришло осознание, что вырваться из его загребущих рук непросто – куда сложнее, чем из-под надзора целой армии хорошо обученных целителей

Мы же все предусмотрели. Накопители, оповещалки, защитные амулеты, экранирующие… Ты меня обвешала побрякушками, как ребенок весеннее древо

– Вот интересно, – раздалось сзади задумчивое. – Почему всякий раз, как мы встречаемся, вы обязательно куда-то ползете? Причем не ко мне, а, что самое обидное, от меня.

Моя!» – рявкнул недовольный его промедлением дракон.
«Наша, – мысленно поправил Бастиан. – Будет нашей. Непременно».
Сезон охоты на маленьких юрких ящерок открыт.

Аппетит, если до этого и подавал какие-то признаки жизни, благополучно скончался под пристальным мужским взглядом.

Наглая добыча снова чудом увернулась, король достал еще одну стрелу, но тут лебедь забила крыльями и молвила человеческим языком…
Что она конкретно сказала, Гортари не уточнил, только написал с восхищением, что таких изощренных ругательств за всю свою жизнь еще не слышал.

Когда папа сердился, он заставлял меня выслушивать мое полное, «парадно-выходное» имя. Говорил, это помогает ему успокоиться и не наделать глупостей, прежде чем дойдет до конца.

Я перестала мучить дверную ручку – что уж теперь, перед смертью не надергаешься.

Под моим взглядом Инир неожиданно покраснел, как умеют краснеть только рыжие – полностью и сразу, – покаянно опустил голову, и я, ткнув в него пальцем, прошипела, как песчаная гадюка:
– Ты… с-с-с…
– Кто? Кто он? – живо заинтересовалась за моей спиной Теа.

Тут-то ему на глаза и попалась прекрасная белая лебедь. Прекрасная, разумеется, с точки зрения охотника. «Большая такая, упитанная», – как чистосердечно приписал мой бестактный предок.

Тейдж, нагло щурясь, маячил перед мысленным взором и категорически отказывался уходить, поэтому в комнату я ворвалась страшно злая, горящая жаждой справедливого мщения. Готовая ловить и карать.

– Я тут подумала, – начала я заново, и уголки губ магистра поползли вверх. – Подумала…
– Полезное качество, особенно для адепта, – поддержали меня совсем весело.

- Опоздаю, отрабатывать придется. – Снова старательно помахала ресницами и жалобно, «сиротским» таким голосом, протянула: – Отпустите…
Чуть было не добавила: «дяденька», но вовремя спохватилась – это уже явный перебор.

- Так что там с темой? – терпеливо напомнил Тейдж, и я в ужасе откусила сразу половину сдобы, чтобы, в полном смысле этого слова, заткнуть себе рот и потянуть таким образом время.

прекрасно понимала, что меня дразнят – со вкусом, удовольствием и совершенно сознательно, но помешать развлекаться за свой счет пока не могла