Горизонтальное положение

Захотел прочитать эту книгу после просмотра фильма "Человек из Подольска", в погоне за ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМом. Идея в фильме и книге немного схожи, но в общем противоположны. В фильме о том чтобы замечать больше прекрасного в незначительных вещах, а в этой книге о том чтобы меньше думать о незначительном и не гнаться каждый день за какими то впечатлениями, страдая от того каким был серый вчерашний день. Можно сказать, что это продолжение жизни главного героя фильма, который сделал выводы, но слишком буквально и на протяжении года проводил эксперимент записывая абсолютно все происходящее в точности, зная наизусть свои маршруты с работы домой и обратно, что по сути связано с теми вопросами которые полиция задавала главному герою в фильме "Что вы видите когда едете на работу и домой?", главный герой фильма не мог ответить, герой же книги на этот вопрос легко бы ответил. Я бы сказал, что книги "Горизонтальное положение", которая, вроде бы, вышла в 2010 и вышедший в 2020 году фильм "Человек из Подольска", как инь и ян. И если ознакомился с одним - следует ознакомиться и с другим.

Пробуждение. Что-нибудь-делание. Горизонтальное положение. Сон.
Пробуждение. Ничего-не-делание. Горизонтальное положение. Сон.
Зашибись книга вообще! Боишься оторваться, потому что снова взять её в руки требует неимоверных волевых усилий.
Ни одной мысли героя. Ни одного чувства. Только физические-физиологические ощущения и описание перемещений в пространстве.
Переворачивание страницы, чтение. Переворачивание второй страницы, чтение. Переворачивание третьей страницы, чтение. Горизонтальное положение. Сон.
Не покидает ощущение, что основной метод написания книги - Ctrl+C, Ctrl+V. Уж больно много однотипных и дублирующихся фраз, сочетаний, предложений... дней.
Неприятное ощущение при мысли, что и мои дни могут проходить в подобном ключе. Перечитала дневник. Нет, интереснее. Слава богу. Не ту он себе жтзнь выбрал, не так построил, поэтому и не вписывается в неё, самому скучно, однообразно, тошно. Как личность герой в романе, в собственном дневнике почти отсутствует.
На двухсотой странице втянулась и спала во время чтения где-то глубоко внутри.
Книга, из которой изъяли всё важное. Осталась оболочка, отчёт о событиях: поехал - сделал - вернулся - отдохнул.
Очень радовалась последним пятнадцати страницам (да, дочитала-таки до конца!). Наконец-то бунт против себя! Вялый, но бунт. А потом всё сначала. И это грустно.

Можно вообще ничего не писать. Нет такой необходимости.

Но почему-то хочется, чтоб у книги было приложение - сделанные героем фотографии.

Дмитрий Данилов до этой книги был для меня исключительно драматургом: автором абсолютного театрального хита, "золотомасочного" "Человека из Подольска" (усилиями Семёна Серзина эта пьеса совсем недавно получила ещё и киновоплощение).
На самом же деле Дмитрий Данилов - поэт, прозаик, журналист, вполне состоявшийся задолго до того, как стать драматургом. Пожалуй, именно с "Горизонтального положения" и началась более-менее широкая известность Данилова-писателя: в 2010 году ещё в рукописи этот роман был выдвинут на "Нацбест", а в 2011 году, будучи уже изданным, попал в финал «Большой книги» и в короткий список литературной премии «НОС».
Правда, романом "Горизонтальное положение" назвать можно весьма условно. По форме это скорее беллетризованный дневник (то, что сейчас принято обозначать термином автофикшн), результат эксперимента, поставленного автором над самим собой и отчасти над читателем: с января 2009 по январь 2010 фиксировать собственную каждодневную жизнь: будни корпоративного журналиста, литератора, участника дружеских и одиночных попоек и онлайн-игрока в футбольный менеджер. Эксперимент заключается не только в дотошной фиксации ежедневного, включая маршруты перемещения по городу, но и в том, как это сделано. Говоря о себе и описывая собственную жизнь, Данилов вообще не употребляет личных местоимений и глаголов, заменяя всё это отглагольными существительными, этаким протокольным канцеляритом:
"Позднее пробуждение. Поездка в торговый центр “Сибирь” с целью приобретения некоторого набора продуктов. Принятие решения заехать по пути в торговый центр “Сибирь” на железнодорожный вокзал".
Периодически автор доводит этот приём до абсурда, весма, надо заметить, комического:
"Праздность, прерываемая звонком Натальи Петровны, из которого следует, что надо срочно лететь в Когалым с целью сбора материалов для написания текста книги о Когалыме и о компании, добывающей нефть в окрестностях Когалыма. А до вылета в Когалым надо обязательно встретиться с человеком, который от лица компании, обеспечивающей работников газовой отрасли полноценным питанием, курирует процесс написания книги о компании, обеспечивающей работников газовой отрасли полноценным питанием, он должен наговорить под диктофон очень ценную информацию о том, как в компании, обеспечивающей работников газовой отрасли полноценным питанием, организовано обучение сотрудников. Продолжение пребывания в праздности, но уже в несколько озадаченном состоянии".
Но Данилову мало грамматического самоотрицания, он и от оценочности отказывается почти полностью: что бы ни происходило с героем, фиксируется лишь внешняя канва событий, любые описания собственных чувств и ощущений в большинстве случаев остаются за кадром.
По меткому замечанию одного из критиков, использование такого стилистического приёма - своего рода аскеза, самоотрицание: это ж надо умудриться в дневнике за целый год ни разу не употребить местоимение "я".
Поначалу всё это озадачивает, потом раздражает, но затем привыкаешь и, что называется, входишь в ритм. Тем более, что к ритмичности располагает и сама структура дневника: каждый день начинается с подъёма и передвижения по городу в автобусах, маршрутках и метро, каждый день заканчивается одним и тем же: "Горизонтальное положение, сон".
Вообще, горизонтальное положение, в котором неизменно каждый вечер оказывается автор, - это, по всей видимости, вынесенная в заглавие метафора жизни. Недаром эпиграфом к книге взята фраза из Мамлеева: "Но в общем все осталось по-прежнему и ничего не изменилось, хотя как будто и произошли события".
При этом нельзя сказать, что главный герой бездеятелен, его нельзя сравнить с лежащим на диване Обломовым. Если Илья Ильич, лёжа на диване, постоянно размышляет и рефлексирует, то герой "Горизонтального положения", напротив, постоянно куда-то едет, с кем-то встречается, что-то пишет. В этом смысле он, если можно так выразиться, анти-Обломов.
Своеобразие формы и стиля привело к крайней полярности оценок со стороны критиков: несмотря на включение "Горизонтального положения" в премиальные списки многие читатели упрекали книгу в скучности и бессмысленности.
Позволю себе не согласиться. Получить удовольствие от чтения этого романа несложно: нужно просто принять правила игры, заданные автором, и понять, что эта внехудожественная проза создана не для читательского сопереживания, она для со-присутствия и со-проживания. Своего рода текстовая трансляция жизни, литературное реалити-шоу. Как по мне - отличное.

Я вообще довольно скептически отношусь к современной русскоязычной литературе, и с первых страниц книги в принципе уже чувствовала этот самый скепсис и думала, что он останется со мной до конца. А вот нет. Чем-то эта книга неуловимо мне понравилась. Ну, во-первых, возможно, близостью всех тех описываемых автором реалий жизни в современной Москве. Радость узнавания порой я испытывала, точнее, радость и горечь, потому что самые эти реалии, автором описанные, вообще говоря, довольно жалки в большинстве своём.. Особенно когда не непосредственно проживаешь среди них, привыкнув уже и не замечая, не вглядываясь, не вдумываясь, а читаешь описание, смотришь со стороны. Унылая слегка и чуть неприглядная, пожалуй, картина вырисовывается. Во-вторых, личность рассказчика с самого начала показалась мне очень симпатичной. Вот тут опять сложность - не могу внятно объяснить, чем мне он так понравился, интеллигентностью ли своей, какими-то весьма чуждыми мне лично, а потому очень привлекательными в других людях качествами типа спокойствия и хладнокровия, или чем-то ещё. В-третьих, странно, может, но уже вскоре после испытанного поначалу недоумения мне начал нравиться стиль повествования - есть как будто что-то в этих отрывочных описательных фразах, безличных, изобилующих повторами, при этом предельно чётких и точных по смыслу. Может, дело опять-таки в том, что я сама так писать не могу, потому и читать написанное таким слогом мне понравилось. Ощущения же от книги остались всё же двойственные. Но скорее положительные. Так или иначе, это был интересный опыт погружения в похожую, но всё-таки другую реальность, примерка на себя чужой жизни, похожей на которую мне вряд ли когда доведётся пожить.

В рейтинге: "Самые отвратительные из прочитанных мной книг" этой можно смело присвоить первое почетное место. Более ничего подобного не читала и пребывала в твердой уверенности, что такой муры на свете нет. Ан нет - оказывается, есть!
Кроме противоречивого чувства: с одной стороны - посочувствовать автору по причине такой скучной и никчемной жизни (буду надеятся, что всё же не его, а его героя), а с другой - весь тираж книг выкупить и вернуть автору, (дабы хранились они у него и радовали его своим присутствием!) - книга вызывает удивительное чувство тошноты и скуки.
НУ ЗАЧЕМ? ЗАЧЕМ? описывать скучную, нудную жизнь - и при этом самому удивляться - ой, и нафига я это делаю??? Видимо, чтобы случайный дурак-читатель, купившись на рецензию, прочитал (если у него хватит терпения дочитать), понял, что автор над ним поиздевался:

Не нужно ничего писать. Нет такой необходимости.
А можно и писать, но не об этих идиотских днях, не гнаться за убегающими днями, за мельтешащими датами календаря. Писать о чем-нибудь другом. О чем-нибудь, например, Интересном или, допустим, Важном.

Ну,хоть в отсутствии честности автора упрекнуть нельзя.
В принципе, что курил автор, понятно. Разговор не об этом. Вопрос в другом - а что курил товарищ, сочинивший аннотацию? Или вообще - а он "этот шедевр" читал?
Где там "уникальный дар рассказчика" и где там "история, понятная каждому" - это не история, а тягомотина, длинной в год... Или рецензент считает читателей серой, планктонной массой, которой будет близко описание в книге?
Некий дневничок писателя-неудачника, абсолютно амёбного и безразличного к окружающим. Даже о семейном положении данного субъектика можно догадываться с трудом - жена у него исполняет роль мебели. С работы уволили, книги пишет на заказ о нефтяных компаниях, в большинстве текст не принимают...
И кстати, о далеких родственниках, которых он кормит, я не нашла ни слова...Хотя, да, видимо, супруга для него и правда далекая планета...
Кстати, где этот "слаб телом силен духом" встал в полный рост? Что-то я пропустила... Когда наконец нашел себе новую работу??? Угу...
И заключительный аккорд аннотации: "Роман Дмитрия Данилова - одна из самых долгожданных книг (то-то у нее на сайте ни одного читателя нет, видимо, заждались), срез эпохи (мама!!!я не хочу жить в таком срезе!!!), портрет поколения (кошмар, ну надо хоть чуточку оптимизма!!!), близкое эхо русской классики (милый, а ты вообще русскую классику читал? - привет Обломову)".
И книга убила - а рецензия добила окончательно...
0 из 10 баллов.

Экзистенциализм, бытие человека как оно есть: череда дней, в которых есть работа и дом, бессмысленные, абсолютно пустые занятия, которыми мы изо дня в день придаемся, пытаясь ими заполнить время, которого у нас и так мало.

Это история о человеке, который, как кажется, живет интереснее значительной части населения: он журналист, бывает на литературных чтениях, в поездках, знакомится с новыми местами и людьми, но его жизнь однообразна и он от этого страдает, заглушая боль в глупых развлечениях.

Книга монотонна, но мне она понравилась, перед глазами словно прошел кусок из жизни другого человека, чье существование так далеко от меня и с которым мы вряд ли бы встретились. Он описывает каждый свой день, все дни похожи: они состоят из поездок, в основном по выученным наизусть маршрутам, состоят из работы, от которой герой не получает особого удовольствия, от встреч с одними и теми же старыми знакомыми. Ничего вам не напоминает?..

Книга не читается на одном дыхании, это как чтение дневника абсолютно чужого вам человека, который записывал каждый свой день просто так, чтобы отмахнуться. Но, несмотря на это, становится грустно: грустно за героя, грустно за себя, что же может быть грустнее, чем ежедневный, надоевший и серый быт, который пока кажется бесконечным?

На удивление, почти понравилось.

2 апреля
Позднее пробуждение.
Написание текста про Великие Сорочинцы и музей Гоголя в Москве. Текст пишется легко, быстро.
Всегда бы так.
Собственно горизонтальное положение и сон.

И вот таким образом написан дневник за год. И несмотря на такое диковатое изложение, через некоторое время поймала себя на том, что увлеклась.

Может быть, дело в том, что я была поклонницей журнала "Русская жизнь", и результат всей этой деятельности, описанной в таком коматозном стиле, меня очень устраивал. Все эти "темы номера" и репортажи.

А может просто - описание обыденных знакомых действий (осознание необходимости не забыть зарядник, поиски зарядника в квартире, укладывание зарядника в сумку) оказывает некое гипнотическое действие.

Конечно, знакомым рекомендовать книгу не стала бы, но и ощущения, что меня надули, нет.

книга, которая меня удивила!

ну то есть я одновременно хорошо понимаю, почему негативных отзывов и плохих оценок под Горизонтальным положением много, и не могу их авторам простить их нечуткости и отсутствия чувства юмора) по-моему, эта книга просто уморительна, но главное, чем Дмитрий Данилов меня сразил - это достаточно нетривиальный стиль и метод повествования. все-таки в современной русской литературе (которую я читала) ничего подобного точно нет, да и с французским "новым романом", с которым как будто бы сравнивают книгу, тоже общего не так уж и много. и вот эта вот тональность - иронично-самоотреченная, тональность усталого, но очень умного и тонкого человека. одинокого и способного замечать мелочи. не понимаю, как кому-то этот роман может показаться скучным )

(хотя, признаюсь, куски про компанию, обеспечивающую газовую отрасль питанием, я честно пропускала :D )