Комната снов. Автобиография Дэвида Линча

В третий сезон вернулась и Пегги Липтон, сыгравшая королеву закусочной Double R Норму Дженнингс. «Когда я впервые пришла к Дэвиду в 1988 году, он сидел за огромным столом, который сделал сам, и единственным предметом на его поверхности была моя фотография, вспоминала она. Никто никогда не оказывал мне такой чести. Я не видела ни одного фильма Дэвида, но меня привлекла его личность. Когда Дэвид смотрит на тебя, тебе начинает казаться, что ты единственный человек на всем белом свете. Он никогда не отвлекается, его глаза не бегают, он полностью сфокусирован на собеседнике и отдается ему всецело. Кажется, он предложил мне роль именно в тот день».

Линч визуализирует своих персонажей задолго до выхода на съемочную площадку, а вживую они воплощаются на стадии кастинга. «Один только диалог создает подробный портрет Дайан, но некоторые детали дорабатывались, — рассказала Лора Дерн. — Помады такого цвета, как задумал для Дайан Дэвид, не существовало. Мы перепробовали все, что смогли найти, но в итоге он просто сам создал необходимый оттенок, смешав цвета. Каждый день, пока я снималась, он проводил пятнадцать минут, смешивая помады, пока не получался бледно-розовый, почти белый цвет, но с золотистым и желтым оттенками».

После показа мы устроились в барe Petit в отеле Carlton. Я, Анджело, Пьер, Гарри Дин и еще парочка человек сидели в тихом углу бара и заказывали напитки. Мы сидели, и тут Гарри сказал кое-что. Никто из нас уже не помнит что это было — что-то о шоколадных кроликах и его сне, — но когда он это сказал, мы смеялись, а когда он продолжил говорить мы смеялись в два раза сильнее. Мы думали, что он закончил, но тут он сказал третью фразу, затем четвертую, и каждая была смешнее предыдущей, поэтому мы смеялись, ка ненормальные. Его речь растянулась еще на восемнадцать фраз! Представьте что ваш рот наполняют сжатым воздухом, и щеки вот-вот взорвутся — именно так мы себя чувствовали к девятой фразе. Я умирал от смеха и даже плакать уже не мог. Он превзошел себя, так никто не смог бы! Подача, время, последовательность слов — безупречно, невероятно; я ни у одного комика такого не слышал. Мы смеялись так сильно, что к концу чуть не умерли. Мы до сих пор вспоминаем тот случай. Если мы с Анджело болтаем больше пятнадцати двадцати минут, то непременно возвращаемся в ту ночь, но при этом никто из нас не может вспомнить, о чем же рассказывал Гарри Дин. Такой чистый, такой настоящий, истинный Гарри Дин.

Жизни большинства людей полны тайн, но сейчас события пролетают слишком стремительно, и на то, чтобы сесть, помечтать и разглядеть тайну, совсем нет времени. В мире остается все меньше и меньше мест, где по ночам видны звезды - чтобы их увидеть, нужно отъехать очень и очень далеко от Лос-Ан-джелеса, к высохшим озерам. Однажды мы снимали там рекламу. В два часа ночи мы погасили свет, легли на пустынную землю и просто смотрели в небо. Триллионы звезд. Триллионы. Невероятная мощь. Но, как правило, мы не видим их и забываем, насколько же это грандиозное зрелище.