Цитаты из книги Обмани-Смерть

Небо необъятно для тех, кто не боится себя.

Жизнь – неумолимая болезнь, Томми. От нее не выздоравливают. Мы хотим, чтобы жизнь соответствовала нашим мечтам, всеми способами стараемся приручить ее, «оседлать», но неизбежно покоряемся, как взбунтовавшиеся рабы.

Я осознал свою силу под божественную музыку и понял важную вещь: чтобы сделать больно другому человеку, избить его до полусмерти, не обязательно быть высоким и крепким, достаточно просто захотеть.

Всякий раз, надеясь оправдать вмешательство в дела других государств, политики и наживающиеся на войне рвачи нагло врут, объявляя себя защитниками великих демократических принципов и прикрывая ими свои злодеяния.

Мы подобны птицам в небесах, которые встречаются в неоглядной выси, потом воздушные потоки уносят их в разные стороны, и они приземляются где придется. В наших жизнях нет ни логики, ни смысла – один только случай.

Знаешь, как это бывает... встречаешь человека, влюбляешься, надеешься, что так будет всегда... Но люди все время меняются и очень редко идут параллельными путями, в этом главная проблема всех супружеских пар. Мы забываем, за что полюбили наших избранников, устаем от того, что нас очаровывало. Возникают, новые желания, иные пристрастия, индивидуальные цели. Пути расходятся постепенно, но неотвратимо, и ты удивляешься: чем он мог меня зацепить? Как долго живет любовь?

Возможно, нет смысла обращаться к какому-то отдельному божеству: если Всевышний существует, он услышит мою просьбу, если Он действительно так велик и всевластен и управляет всем в нашем мире, то не разгневается, что я обратился к Нему не по имени. Важны молитва и искренность.

Если никто и ничто тебе не угрожает, миротворцем быть очень легко.

Тем, кто спрашивает о причине моих путешествий, я обычно отвечаю, что знаю, от чего бегу, но не ведаю, что ищу.
Монтень.

Шанс на то, что два человеческих существа будут развиваться паралельно и гармонично, стремится к нулю. Цена взаимных уступок и самоотречений высока, но каждый из партнёров платит её из страха перед одинокой старостью.

"Знаешь, сынок, думать нужно только о настоящем, все остальное не важное. Будущее неведомо людям, существует только настоящее. Томми, никогда не забывай, что жизнь - неизлечимая болезнь..."

В первый вечер я один отправился и начал переходить улицу. Какой-то тип весь в сером, ужасно возмутился, что я не дождался зеленого человечка. Я объяснил ему, что никакого зеленого или красного не видел, тогда он протянул руку и закричал: "Ах ты, маленький придурок! Разве человечек не зеленый? А теперь не красный, а?" Я стол на тротуаре и видел только серых людей. Таких же, как этот крикун. Он что, сумасшедший? Придется спасаться бегством...

Все настоящие любовники – воры. Найдя ключ от сейфа, они забирают все и тратят без счета, ничего не откладывают впрок на «постный день». Им нужно все и сейчас, останавливаются они – если останавливаются! – лишь на пороге смерти от истощения.

Надеется переспорить судьбу все равно что пытаться победить всеобщую нищету или пересечь вплавь Мировой океан.

Малкольм Рейнер чудовищно богат и может купить весь мир, но… не спасение сына и не душевный покой...

Как долго живет любовь? – Некоторым везет – они не расстаются до конца дней, продолжая любить друг друга.

Никакой суеты на улицах, ни один автобус не тормозит так резко, что покрышки вздрагивпют, бесчисленные велосипеды и мотороллеры не мечутся из ряда в ряд, тысячи рикш не оглушают пешеходов мерным "тук-тук", а горожане не перекликаются на двадцати языках. Водители не сигналят в бессильной злобе, из храмов не доносится музыка. И собаки не лают, их не спускают с поводка. Я ненавидел этот покой, он мешал мне спать.

Я чувствовал себя неприкасаемым в собственной семье.

Я успел забыть, что в этой стране правила дорожного движения - суть фикция: преимущество всегда принадлежит тому, у кого машина больше или клаксон звучнее.

Мы приземлились в ультрасовременном аэропорту, ни в чем не уступавшем Хитроу. Я был разочарован: в памяти сохранилось воспоминание об аэровокзале, где царил живописный беспорядок.