Трудно быть человеком

Жил-был ученый, который совершил прорыв в своей области. Жил неплохо, семья в наличии, даже собака, в работе тоже успехи, посторонние женщины тоже имелись. В общем-то неплохо жил и в ус не дул. Все меняется, когда он бесследно исчезает, потом также внезапно возникнув голышом, идущим по шоссе. Вроде все как раньше, только чудноват перец был, а стал еще чуднее.

Вообще книга пестрит философией, что есть человек и что требуется для его существования, его место в мире, семейные и человеческие ценности. Именно из-за этого я заскучала. Не люблю такие рассуждения. Книга детская, так что юным читателям вполне себе подойдет. Внедренный инопланетянин оказался гораздо человечнее большинства людей. Забавно было наблюдать за его потугами вписаться в общество, некоторые вещи казались ему парадоксальными, от этого ситуации казались еще смешнее.

В целом финал вышел очень логичный и предсказуемый. В дополнительные плюсы книги впишу неплохое эпичное сражение за себя и свою семью. Как взрослого человека меня больше всего удивляло поведение семьи подменыша. Конечно отец семейства был странный парень, но не до такой же степени в самом деле, хотя с другой стороны, ну сошел человек с ума, что ж его, теперь вообще выкидывать из жизни.

Книгу советую любителям инопланетян, предпочтительнее читателям юного возраста лет с 9 наверно. Взрослым скорее всего будет скучновато. Я читала у этого же автора “Быть котом”, вот там мне приключения понравились больше, хотя похожая ситуация с вселением в другое тело.

Это история инопланетянина, рассказанная им самим.
О том, что такое человечество. Как оно устроено, и в прямом смысле слова, и о том, чем живёт. И зачем живёт. Да-да. Это история не о том, почему мы умираем. Хотя мысли о бренности дней иногда проскакивают. Это правда о том - как прекрасен мир, в котором нам посчастливилось жить.
Жить, любить, создавать семью, заводить собаку, рожать детей. Воспитывать и не понимать их, но всё равно любить. Любить до умопомрачения, до боли, любить больше своей жизни.
Если брать во внимание другой перевод книги, то это рассказ о том, как трудно быть человеком. Но правда ли это? Неужели и правда трудно быть человеком.
У меня ответ простой и очень наивный - Трудно только тогда, если ты не человек.
Потому что фиг их поймёшь этих людей, которые тела прячут в одежды, мысли в книги, а всё вместе упечатывают в коробки под названием дома.
Которые создают семьи на основе привязанности под названием любовь, и выращивают себе подобных существ с младенчества.
Которые сначала не умеют, а потом не могут ходить. И в конце концов уходят в небытие под названием смерть, но совершенно не парятся над этим.
Казалось бы нет в этом смысла, нет логики, нет никакого объяснения.
А потом ты вдруг попадаешь на эту планету с важным заданием и принимаешь обличье человека. А потом… А потом вдруг сам становишься человеком. Непонятно как, но тебя затягивает в воронку любви, беспокойства за других, опеки над собакой и так называем сыном. И бессмертие уже не важно. Важно, чтобы тебя любили. И все их странности становятся понятными.
Да, это история инопланетянина, который стал человеком. А потом многих научил этому трудному… делу? понятию? особенности?
Не трудно быть человеком. Главное им быть.

Тленный моб (позитивная книга)
5/10

Если взять за аксиому утверждение, что творчество является верным отражением того, что происходит в душе его автора, то нельзя найти лучшей иллюстрации для этой истины, чем книги Мэтта Хейга.

Ознакомившись с краткой биографической заметкой о жизни Хейга, я нисколько не удивилась, узнав, что он страдал от тревожно-депрессивного расстройства, и именно творчество стало для него одним из факторов успешного исцеления от ментальных расстройств.

Помимо “Трудно быть человеком” у Мэтта Хейга я читала еще и “Полночную библиотеку” - и обе эти книги буквально “кричат” о том, что их автор - человек, знающий не понаслышке о депрессии, боли, одиночестве и личностном кризисе, но сумевший в итоге заново открыть для себя красоту и смысл жизни.

Так что этот роман определенно может выступать в качестве душевного костыля для людей, переживающих непростые времена. В нем много саморефлексии, одиночества, разочарования, душевной боли, тревоги и страха - всего того, с чем каждый из нас вынужден сталкиваться время от времени в своей жизни.

Однако, с другой стороны, “Трудно быть человеком” - на редкость оптимистичная и дарящая надежду книга. И дело не только в относительном хеппи-энде, а в главном посыле всей истории, при помощи которого автор как бы провозглашает неоспоримую красоту и прелесть жизни совершенно обычного среднестатистического человека.

И это действительно позволяет посмотреть на свою жизнь под новым углом зрения, который позволит увидеть маленькие и казалось бы незначительные детали и мелочи - но именно они составляют суть нашей жизни: улыбка родного человека, бокал вина с лучшим другом, тепло солнечного света, прикосновение к мягкой шерстке домашнего питомца, возможность сказать в тысячный раз заветные слова “я тебя люблю” или “я по тебе скучаю”...

Сюжет книги как всегда у Хейга находится на стыке матерого реализма, показывая нашу повседневную жизнь такой, какая она есть, и фантастики, вносящей в повествование элемент экшена.

Роман начинается со знакомства с таинственным инопланетным существом, которое занимает место профессора Эндрю Мартина, разгадавшего самую важную и значимую математическую задачу (за что, собственно говоря, он немедленно жестоко расплатился). Лже-Мартин (или лже-Эндрю - кому как больше нравится) должен уничтожить все следы, ведущие к этому ошеломительному научному открытию - даже, если ради этого придется лишить жизни еще парочку человеческих существ.

Знакомство лже-Эндрю с земным существованием наполнено множеством курьезных моментов, где писатель в блистательно остроумной и ироничной манере высмеивает наши с вами маленькие человеческие слабости и несовершенства.

Мало того что ты смертен, так еще приходится тратить часть драгоценного, очень ограниченного времени на чтение. Неудивительно, что люди — такой малоразвитый вид: едва успев прочитать достаточное количество книг, чтобы относительно разумно распоряжаться информацией, особь умирает.

На следующий день у меня было похмелье.
Я понял: если, напиваясь, люди забудут, что они смертны, то похмелье им об этом напомнит.

Должен признать, что люди тратят огромное количество времени — почти все — на
гипотетическую дребедень. Я мог бы разбогатеть. Я мог бы прославиться. Меня мог сбить автобус. Я могла родиться с меньшим количеством родинок и большим размером груди. В молодости я мог бы посвящать больше времени изучению иностранных языков. Похоже, люди применяют условное наклонение чаще, чем любая другая известная форма жизни.

Но постепенно лже-Эндрю начинает потихоньку проникаться обыкновенной и такой несовершенной человеческой жизнью. Оказывается, вино и бутерброд с арахисовой пастой - отличное сочетание, собаки, несмотря на свою приставучесть, довольно милые и симпатичные создания, а люди так вообще способны заставить тебя быть самым счастливым на свете или наоборот самым несчастным.

Несмотря на всю нелепость, несуразность и бессмысленность человеческого существования (о которых главный герой не устает сокрушаться и удивляться), перед ним возникает и неоспоримая прелесть нового мира, главное место в котором занимает, конечно же, любовь.

Вот чего на самом деле не хватает идеальному и математически выверенному фиолетовому миру лже-Эндрю - чувств и эмоций, душевной близости, семьи, друзей и домашних питомцев.

Естественно, что все эти прелести человеческой жизни идут рука об руку с болью, страданиями, несчастьем, одиночеством, тоской и грустью - но такова цена за то, чтобы быть просто человеком.

Получалось, что с возрастом жизнь человека становится все страшнее. Ты рождаешься с маленькими ручками и ножками и безграничным счастьем, а потом ножки и ручки растут, а счастье медленно испаряется. С подростковых лет счастье уже норовит выскользнуть из рук, а начав падать, все быстрее летит в пропасть. От самого сознания, что оно может выскользнуть, его становится все труднее удержать, какими бы большими ни выросли руки и ноги.

И я вспомнил: здесь обитает смерть. Здесь все ветшает, деградирует и умирает. Человеческую жизнь со всех сторон окружает мрак. Что позволяет им держаться?
Идиотизм, обусловленный замедленным чтением. Разве что он.

Мне понравилась эта маленькая и уютная история, напоминающая своим читателям о таких неизбежно простых, но очень важных для каждого человека жизненных истинах. Например,

И один из способов любить и жить - это приобщиться к маленькому миру, заключенному в книгах Мэтта Хейга - будет тепло, уютно, весело и немного грустно - но уж без капли дегтя никуда - такова реальная жизнь, которую нужно уметь любить и ценить - иногда вопреки всему.

Тот день, когда земные ученые докажут теорему Римана, навсегда изменит историю человечества. Люди выйдут в космос, обретут бессмертие. Профессор из Оксфорда Эндрю Мартин смог найти эти доказательства, но уже через пару часов после открытия был похищен инопланетниками.

«Братья по разуму» считают людей животными и не хотят, чтобы они вышли в космос. Ликвидированного профессора заменяют его двойником-воннадорианцем, миссия которого уничтожить все доказательства открытия и тех, кто про него знает. В первую очередь - семью профессора. Для этого у диверсанта есть все необходимое - подключение к центральной инопланетной матрице и суперспособности: телепатия, телекинез и так далее.

Нормальный писатель-фантаст мог бы написать на основе этого сюжета отличную жанровую книгу: энергичную и неглупую. Но Мэтт Хейг пишет мэйнстрим (то есть для домохозяек), поэтому сюжет неизбежно предсказуем. Пришелец постепенно проникается земной культурой (джазом, а также стихами Эмили Дикинсон), влюбляется в свою земную жену, а потом отказывается не только от выполнения задания, но также от собственных бессмертия и возможности вернуться домой.

Скатывание в наивную экзистенциальную мелодраму книге можно простить, но Хейг пишет в манере сатирического памфлета времен Джонатана Свифта и Вольтера. Ну, знаете, когда иностранец или чужак попадает в человеческое общество и в режиме кандида пытается отрефлексировать все увиденное. «Человеческие лица - это что-то ужасное. Странные куски плоти с мерзкой слизью налеплены тут и там… А еще они едят мясо убитых животных». Фанатам Дугласа Адамса такой юмор обычно нравится, но я, признаться, в этом формате лучше Михаила Задорнова послушаю.

Над Ла-Маншем появляется голова лошади в шляпе и пенсне:

• Скажите, это бытие или небытие? – спрашивает она.
• Это инобытие, - ответили ей.
• Да? А как похоже на бытие...

  Давно, ещё в начале XX века, В.Б.Шкловский предложил принцип остранения - особое вúдение вещей, при котором ты пытаешься смотреть на них как бы впервые, глазами незнакомца, которому не известны привычные человеческие реалии и который должен познать их сквозь доступную ему видимую форму. Обманчивая форма часто внушает неожиданное содержание, отчего возникает эффект познавательной новизны, игры смыслов. Этот приём всегда казался мне удивительно манящим, и я стала практиковать его от нечего делать, наблюдая за людьми и предметами. Это приятно разнообразит восприятие мира, не давая забыть, что мир вокруг был, есть и остаётся волшебным. Писатели, мне кажется, тоже любят этот приём и, конечно, «Люди и Я» - далеко не первая книга, написанная с его использованием, взять хотя бы «Письма в Древний Китай».

  Может быть, сказалась магия приёма, или на меня повлияло осеннее настроение и дорога, но эта довольно простая по замыслу книга мне понравилась, даже несмотря на некоторые брутальности, наивности и смехотворности сюжета. Что-то в этом, видимо, есть – выстроить версию жизни в привычно-непривычном мире и проанализировать возможные опыты иного постижения наших обыденных абстракций и повседневных мелочей.

  Книга показалась мне написанной в двоящейся стилистике: лёгкость и некоторая залихвастость формы время от времени трансформируется в серьёзные размышления о том, какова человеческая природа, как это – быть человеком: любить, заботиться о ком-то, отстаивать важные для тебя принципы, ставить цели, защищать то, что тебе дорого... Всё, что нам кажется естественным содержанием нашего бытия, здесь чуть-чуть смещено, и, как ни странно, этот новый угол зрения создаёт возможность немного иначе осмыслить жизнь «с её насущным хлебом, забывчивостью дня», взаимоотношения с другими людьми, собственные желания и способы их удовлетворения. Обычно на такие квазифилософствования не хватает времени или не достаёт повода, а тут волей-неволей погружаешься в «мысли о главном». Последние главы – в своём роде шедевр.

  Наверное, «Люди и Я» - не Бог весть какая философская проза, но в ней есть ненавязчиво-доступная гуманистичность, что-то вроде «экзистенциализма для непосвященных», и это определённо выводит её за пределы массового чтива. Читается она легко, героям в каких-то моментах сопереживаешь, но, главное, время от времени ловишь себя на мысли, что в человеческом существовании есть много увлекательных моментов, стоящих того, чтобы продолжать жить. И уж если вероятность твоего появления на свет была величиной, стремящейся к нулю, то из дарованных тебе двадцати пяти тысяч дней некоторые, безусловно, были такими, что их стоило запомнить.

  И напоследок. Dear Mr. Haig, extraterrestrial, мне понравились Ваши «Советы в помощь человеку». Особенно 23-й, 29-й, 38-й, 43-й и 46-й. Ну, и 97 – стопроцентно. «Когда любишь, что-то делаешь», - сказал по этому поводу Грэм Грин. Я тоже так думаю.

первый опыт чтения автора. Честно - не впечатлилась. Но все же дам при случае автору второй шанс.
Начало 21 века. Профессор Кембриджского университета Эндрю Мартин нашел решение величайшей математической задачи. И это было начало конца. Нет, не для Земли и Вселенной. Ибо с далекой планеты был отправлен безымянный посланец с миссией - убить самого профессора (сделано!) и всех, кто об этом решении мог знать.
И вот пришелец в теле Эндрю. Сначала он готов на всё, чтобы выполнить поставленную перед ним задачу. Но что-то пошло не так. В определенный момент он очеловечивается, начинает чувствовать эмоции и сопереживать людям, в первую очередь жене и сыну Эндрю. Так, шаг за шагом мы наблюдаем не только очеловечивание пришельца, но и понимаем тот факт, каким отвратительным человеком был сам Эндрю.
Примерно половину было читать на грани невозможного. Слишком велико превосходство инопланетной расы, слишком ничтожны люди. И это чувствуется буквально в каждой букве. Но чем ближе к финалу романа тем менее интересным становится Эндрю. Слишком мягким, что ли.