Цитаты из книги Бизнес-блюз

– Пойдем, выпьем. Все-таки праздник. – Да какой это праздник? – Если Новый Год перестает быть чудом – кончается детство, если Новый Год перестает быть праздником – кончается все! Перед «все» он сделал глубокомысленную паузу.

... для того, чтобы осознать собственную глупость нужно посмотреть в глаза смерти.

– Веришь в светлое будущее? – Пытаюсь. – Светлое будущее чаще всего становится темным прошлым. Со временем. – Что же делать? – Живи настоящим.

Небо начинается из-под земли. Разорвав корку, оно избавляется от остатков пуповины и начинает маячить где-то у горизонта, мутное и грязное. Постепенно, отряхнувшись от налипшего перезревшего снега и сажи, оно очищается и, устремившись в атмосферу, появляется над щетиной городских антенн, чистое и розовое, особенно на рассвете, тем более, если нет облаков. Когда не пьешь, открываются перспективы.

Дворник у подъезда сдирал с земли одежду, обнажая ее беззащитное черное тело перед лицом свирепствующей вьюги.

Я долетел до центрального городского морга минут за пять. По пути я так глупо вел машину, что реально мог увеличить количество его постояльцев голов на пять, или даже сам оказаться в числе его клиентов. Но Бог уберег.

Топились бани. На окнах белели вырезанные из тетрадных листков снежинки. Из узких кирпичных труб вертикально вверх, сквозь снегопад поднимались тонкие ниточки березового дыма. Нужно встречать будущее чистыми. Хорошая традиция.

Чувство гордости за себя любимого обычно появляется в момент достижения поставленной цели. К сожалению человек так устроен, что как только очередная цель достигнута, на горизонте начинает маячить другая, еще более призрачная. Причем любая цель имеет вполне реальный денежный эквивалент. Все упирается в бабки. Или не все?

Она рада меня видеть, и дает понять это, улыбаясь во всю ширь, так что мне становятся видны ее загорелые гланды.

Жизненный опыт научил меня, что спорить о вкусе пива и о женской красоте одинаково бесполезно и глупо.

Чтобы не распсиховаться до позеленения и не побежать за бутылкой, мне нужно было срочно чем-нибудь заняться. Я знал, что если час не думать о проблеме, она отдаляется и слегка остывает. Обычно после этого находится решение. Самое простое, конечно, приступить к работе, но о работе думать было противно.

После еды мне стало совсем плохо, желудок натуральным образом кипел и рвался наружу со всем содержимым. В голове опять забухали колокола. Надо убить этот день, расстрелять из гранатомета, вычеркнуть из календаря, признать недействительным и прожить снова, когда-нибудь в другой жизни. Прожить правильно, чтобы можно было им гордиться.

Особая напряженка творилась в парфюмерных магазинах и в отделах бытовой химии. Мы с Аркашкой тоже не стали придумывать порох, остановились на духах, дезодорантах, так как «все воняют» и шампунях, потому что среди наших близких «лысых нету».

– Позвони в больницу ее мордастым товаркам. Ты же их всех знаешь, они тебя проверят. – Неудобно. – Неудобно жопой рис перебирать. Тогда не ной.

Ноги у меня дрожали, как камыши на ветру.

– От меня жена ушла, – просто сказал я. – Бабские мозги пустые, гладкие и бесполезные, как стреляная гильза, – нашелся генерал.

– Если он идет нам навстречу, значит, он идет против нас, – глубокомысленно изрек Макарыч и передернул затвор.

– Будь вежлив, – стал напутствовать он. – Обращайся к нему на «Вы». Улыбайся. Если по ходу дела сможешь надавить, не бойся, угрожай, но спокойным и обыденным тоном. Если повысишь голос, считай, стрелка проиграна.

– Не люблю я платить деньги до завершения работы. Есть такая старинная русская примета, если тебе надоел работник – дай ему аванс, он исчезнет. Но тебе заплачу.