Запретная дверь

Магниторезонансный томограф — массивный белый шкаф с отверстием посередине, в которое въезжал стол с пациентом, — напоминал одновременно большую стиральную машину и культурно оформленную печь крематория.

здоровые люди редко видят сны, а если и видят, то быстро забывают. Яркие, драматичные кинофильмы снятся людям озабоченным, неуравновешенным, больным. Таким способом подсознание высвечивает изменения, происходящие в организме. Иногда проблемы в психике. Иногда зарождающуюся болезнь.

— А что вы все на меня смотрите? — возмутилась старшая медсестра. — Будто я вам денег должна?
— Потому что вас это касается, моя дорогая.
— Дорогая, Михаил Маркович, поездка на Ибицу. А для вас я Наталья Борисовна. И касается меня только то, что творится у меня в отделении. И еще дома у меня два оболтуса, это тоже меня касается.
— Вы закончили? — спросил Перельман. — Мне можно продолжить?
— Извольте.

Включив стиральную машину, Андрей убрался в квартире, счистил рыжие кораллы с водопроводных кранов на кухне и в ванной комнате, набил смазку в петли давно скрипящей двери туалета. Затем спустился в сонный воскресный двор и принялся выбивать пыль из матраса и подушек — его резкие хлопки, похожие на выстрелы, разбудили не только жильцов, но и солнце, выглянувшее из-за крыш

Сон — заем, сделанный у смерти для поддержания жизни.

Ныла шея и ломало суставы — небольшой диван в гостиной не предназначался для сна. Поваляться, почитать книгу, посмотреть телик еще можно, но спать на нем столь же удобно, как на фрезерном станке.

— Ты что себе позволяешь, щенок!
Андрей застыл.
Ему тоже захотелось выпустить гнев, откровенно выложить все, что думает о профессоре. К счастью, возобладал разум. Андрей не ввязался в ссору, только побелел лицом.
— Если это все, что вы хотели сказать, — холодно ответил он, — тогда до свидания. Меня ждут больные.

Это, наверное, слухи?— Слухи есть ограниченная информация об истине.

Слухи есть ограниченная информация об истине.