Сердце матери

Время от времени полезно становиться немного чокнутым.

Дети, потерявшие родителей, — это ужасно, но дети, которых вдобавок разлучили с братьями и сестрами, просто обречены. А потом еще удивляются, что из них не получается ничего хорошего…

Пока есть жизнь, есть и надежда, не так ли? И я хочу сказать всем, что нельзя опускать руки, нужно продолжать борьбу.

В данный момент я не могла ни о чем думать; я просто хотела избавиться от страха, зарождавшегося внутри. Нужно говорить ерунду, чтобы поднять настроение.

Все дело в том, что если люди видят как ты плачешь, то они делают то же самое. А слезы, подобно грузу, тянут ко дну...

Я поступила как обычно: сообщила им все напрямую. Я считаю, что детям необходимо говорить правду. Если бы я солгала, рано или поздно они узнали бы об этом. Я хотела, чтобы они как можно скорее свыклись с мыслью о моей смерти. Ведь именно их она касалась больше всего: речь шла об их будущем, об их жизни, которая вот-вот изменится. И я старалась говорить об этом, как о вещи совершенно естественной, скрывать что-то было бессмысленно.

Сейчас было начало ноября, и жить мне оставалось два месяца. В лучшем случае, как уточнил доктор Пико. Известие ошеломило меня. Я даже хотела умереть… В конце концов, каждый человек однажды умирает, но как быстро это происходит?

— Жиль, Мари-Лоре следует поберечься. Было бы неплохо, если бы ты помогал жене по дому, поскольку ей желательно не перетруждаться.
— Никаких проблем, буду помогать.
Я до сих пор жду его помощи. Рак ничего не изменил: Жиль по-прежнему ничего не делал.

Когда в Организации по защите прав матери и ребенка сказали «нет» и я увидела, как передо мной закрываются двери, я решила вышибить их, так как считала, что поступаю правильно по отношению к своим детям. Я еще не умерла, я могла действовать! Пока есть жизнь, есть и надежда, не так ли? И я хочу сказать всем, что нельзя опускать руки, нужно продолжать борьбу.

Я не думаю, а действую - это мой способ жизни.