Цитаты из книги Ворона и её лорд

— Кар-р! — ответила ворона гораздо бодрее, высунувшись из-под рубашки. А потом потянулась и совершенно не по-вороньи, скорее по- кошачьи, потерлась головой о мой подбородок. Вот ведь... никогда не был сентиментальным, а тут растаял и сам потерся щекой о шелковистые подсохшие перышки. Хорошо, не видит никто посторонний.

Точно, капюшончика штруделя забыла, а ведь он так магическими нитками крутил, когда мы корабль ловили, что аж со стороны страшно смотреть было — не мужик в плаще, а прямо пипидастр натуральный.

Когда я отдышался и открыл глаза, ворона сидела на столе и смотрела на меня совершенно человеческим осмысленным взглядом. Потом вздохнула и приглашающе повернула клюв в сторону серебряного графинчика с настойкой на семи королевских травах, стоявшего в другом углу стола, за чернильным прибором. — Пожалуй, и правда надо выпить, — согласился я и машинально спросил: — Тебе налить? И сам чуть не застыл с открытым ртом, когда ворона кивнула. Нет, я точно переработал..

— Куркур-ра кре крать, кр-р-рак кар-р-р кар-р-ркур, — ворона явственно пожала крыльями, а потом... я едва не начал снова тереть глаза кулаками: эта ненормальная, нереальная птица крыльями попыталась изобразить у себя под клювом бюст! Характерным таким жестом.

Не ворона, а кандидат наук. Географо-прикладных. И зловредно- территориальных тоже.

Все, у меня сдали нервы. Ненавижу таких скотов, вот просто ненавижу! И я сделала то единственное, что было в моих силах: с карканьем пронеслась над головой «господина» и от души нагадила ему на голову. Прямо на мерзкую физиономию!

— Кр-р-ра-а-а-а! — презрительно проорала ей вслед ненормальная птица, с видом победительницы сидевшая на голове у пленного стрелка, и посмотрела мне прямо в глаза. — Кры-ы-ы! Кур-ра кур-ре! Кур-р-ряк кры! И почему это вдруг кажется, что меня только что обозвали растяпой, которого любая баба с сиськами разведет как мальчишку и пристрелит со спины?.

Вивисектор — он ведь уже практически как родной: за грудь щупал, печенькой угостил, пусть пока об этом и сам не знает.

Шрядь, шрядь, шрядь!

Чтоб я еще раз взяла мужика на работу! Твою ма-ашинку, да без тормозов, а! Серьезно, зла не хватает. Как там мой сосед-коммерсант втирал — бабу брать невы-ыгодно, забеременеет еще, декретные ей плати, больничные. То ли дело, мол, мужик. Тьфу!

И все-таки, в чем смысл? В чем смысл лезть в мою спальню, чтобы тупо дрыхнуть?!

Я бы с удовольствием рванула прочь, но… злость и чувство справедливости оказались сильнее страха.