Серые земли-2

— Я не хочу… не хочу становиться чудовищем!
— Ты не чудовище.
— А кто?!
— Ты не человек, Яслава, — он произнес это, глядя в глаза. — Но и только. Лишь тебе самой решать, станешь ли ты чудовищем.

Хорошо там, где меня нет, но ничего, я и туда доберусь...

Нельзя взять из колодца, не отдав взамен.
Вот истина.
Кровь за силу.
Жизнь за силу.
Множество жизней за треклятую силу…

— В общем, короче так… жил в одном селе простой парень… кузнецов сын. И звали его Физдамокл!
— Как? — имя главного героя несколько озадачило Себастьяна.
— Физдамокл, — с гордостью повторил Янек. — Ну не Янеком же его называть!
— Почему бы и нет?
— Эх ты, студиозус… сразу видно, что не понимаешь ты желаний аудитории. Герой должен выделяться средь всех!
Себастьян, подумав, согласился, что в обычном селе парень по имени Физдамокл однозначно бы выделялся.

— А может, судьба такая, — философски заметила Белянка. — Ты-то в судьбу веришь?
— Нет.
— Зря. От нее не уйдешь…

— Мне хорошо, — просипел Евстафий Елисеевич, сгибаясь, кляня себя за то, что прежде то к язве относился несерьезно, полагая ее едва ли не блажью.
— Да? — Гавриил потенциальному будущему начальнику не поверил. — А чего у вас тогда глаза такие?
— К — какие?
— Выпученные.
— От удовольствия, — рявкнул Евстафий Елисеевич, теряя остатки терпения. — Тебя видеть рады!

— Не боись, — рыжий подтолкнул Евдокию к разбойничьей цитадели, которая вблизи гляделась еще более мрачною, чем издали. — Яська баб забижать не дает. Ежели твой с Шаманом не добазлается, то мы вас попросту вздернем. Скоренько.
Нельзя сказать, чтобы сие сообщение сильно способствовало возвращению душевного спокойствия, но Евдокия нашла в себе силы ответить:
— Спасибо.

Если ты всё сделал правильно, это ещё не значит, что у тебя всё будет хорошо. (Из наблюдений закоренелого пессимиста)

Каждый народ имеет такую историю, на какую у него хватает фантазии.

Жизнь переменчива. В какие-то моменты ты на коне, в какие-то ты конь.