Многочисленные Катерины

Мимо него, одна за другой, мчались машины, а он думал о промежутке между тем, что мы помним, и тем, что случилось, между нашими предсказаниями и тем, что случится. В этом промежутке, подумал Колин, есть место для преображения – он мог перестать быть вундеркиндом и придумать себе новую интересную историю, перерождаться снова и снова. Например, он мог стать змееборцем, эрцгерцогом, победителем ДК – и даже гением. Кем угодно – только не тем, кем уже был раньше. Из путешествия в Гатшот Колин извлек один урок – будущее нельзя предотвратить. И впервые в жизни он улыбнулся, думая о вечно приближающемся, бесконечном будущем, которое простиралось перед ним.

Наклон корпуса с целью поцеловать кого-либо или просьба об этом чреваты возможностью отказа, поэтому наклоняться или просить должен тот, для кого отказ наименее вероятен. В случае школьных гетеросексуальных отношений такой человек - неизменно девочка. Вдумайтесь: мальчики хотят целовать девочек. Всегда. Не считая Гассана. Редко встретишь придурка, который думал бы: "Ну, сегодня я целоваться с девочками не буду".
О поцелуях нормальный мальчик перестаёт думать, только если с ним случится что-то совсем уж непредвиденное, например, волосы на голове загорятся. Девочки же, когда дело доходит до поцелуев, непредсказуемы. Девочки - неприступные крепости непредсказуемости.
Следовательно, именно девочки всегда должны делать первый шаг, поскольку а) им отказывают гораздо реже, чем мальчикам, и б) в этом случае девоякам не придется целоваться, если они этого не хотят.

Понимаешь, истории нужны начало, середина и конец. У твоих историй нет сюжетов. Они такие — вот я тут вспомнил, а вот еще подумал, и так далее. Так не пойдет. Ты, Колин Одинец, начинающий рассказчик, и тебе нужен стройный сюжет. Кроме того, тебе нужна мораль. Или тема, или как это называется. А ещё — любовь и приключения. Про это тоже не забудь. Если твоя история — про то, как ты писал в клетку льва, придумай себе подружку, которая заметит, какая огромная у тебя писька, и в самый последний момент оттолкнет льва, чтобы спасти твою восхитительную письку. В начале — ты хочешь писать; в середине — ты писаешь; в конце храбрая юная дева, которой движет горячая любовь к большим писькам, спасает твою письку от голодного зубастого льва. А мораль этой истории в том, что героическая подружка и большая пиписька — то, что выручит даже в самой сложной ситуации.